Одним из важнейших признаков демократического государства является независимость органов, призванных отвечать за соблюдение законности, иначе говоря, прокуратуры и суда. 13 лет, прошедшие со времени приобретения бывшими советскими республиками независимости, — небольшой срок перед историей. Тем не менее, в реформировании политической системы постсоветские государства за это время добились многого. Таджикистан — не исключение. Особенно реформы в республике быстрыми темпами идут в последние годы. Более свободными в своих действиях стали органы местной власти, предприятия, включая государственный сектор, средства массовой информации, разумеется, сами граждане. Однако главные рычаги реформ все же остаются в руках исполнительной власти, которая никак не желает расставаться со многими из них. Особенно это касается судебной системы, которая в случае независимости могла бы поставить в равное положение всех граждан без исключения, то есть президента, премьера, спикера, депутата, крупного бизнесмена и простого рабочего.В любом демократическом государстве прокурор и судья — самые всемогущие фигуры. Это вполне понятно. Они могут вершить судьбы людей. Потому при их избрании человеческие и профессиональные качества выступают главным фактором. Вопрос о том, насколько их моральные и профессиональные принципы будут соответствовать соблюдению справедливости, зависит от воли президента и парламента, политического устройства государства, определяющего принцип занятия этих должностей, степени свободы деятельности органов прокурорского надзора и судов. При всем том, что Таджикистан в последние годы добился многого в реформировании судебной системы, по причине того, что прокуроры и судьи назначаются, до сих пор они остаются уязвимыми фигурами. Относительное преимущество в этом плане имеют лишь Генеральный прокурор и Председатель Верховного суда, кандидатуру которых выдвигает президент и утверждает парламент. Провозглашенная Конституцией их неприкосновенность легко может быть нарушена силовыми структурами, которые при необходимости ловко могут инициировать любые формы разоблачения. Хоть в Таджикистане о подобных интригах не принято говорить и писать, тем не менее, они в республике имеют место. Может, интриги у нас придумывают значительно искуснее, нежели в других странах СНГ, придавая им чаще всего должную окраску. Если в России чаще всего применяется практика разоблачения этих должностных лиц с точки зрения соблюдения морально-этических норм, то в Таджикистане больше распространена форма дачи взяток, а в последнее время предъявления голых обвинений. Но есть вопрос: можно оправдать преступника или лишить свободы невиновного. Тогда вступает в противоречие морально-этические нормы, само предназначение судьи и прокурора, законность и справедливость, которые жертвуются ради личного обогащения. Прокурор и адвокат всегда противостоят друг другу. Один обвиняет, другой защищает. Судья — нейтральное лицо. Ему принадлежит последнее слово. Он слушает обе стороны и на основании заключения суда присяжных выносит приговор, от которого зависит дальнейшая судьба обвиняемого. Поэтому именно на судью ложится в итоге вся ответственность за исход того или иного дела. В Таджикистане, поскольку судьи непосредственно подчиняются главе государства, именно президент анализирует их деятельность. И когда звучит критика в адрес судей, тут же начинаются профилактические меры. Основным объектом атаки, как правило, становится Согдийская область. Нередко в качестве подопытных кроликов эти меры испытываются на судьях, которые наступили на чьи-то интересы. Что интересно, это обычно те судьи, которые выносят оправдательный приговор. Именно так можно расценить факт предъявления обвинения в сентябре 2004 года сразу трем согдийским судьям.Теперь об уязвимости судьи. Кто должен защитить его права, когда выдвигаются обвинения в его адрес. Голос общественности у нас не принято слушать. Этот голос часто подавляется на местах. Система круговой поруки у нас пустила такие корни, что может блокировать любую попытку отстаивания гражданских прав. Глава государства не всегда имеет возможность разобраться лично с судьбой того или иного должностного лица, даже им самим назначаемого. Влиятельные силы вполне могут преуспеть в создании опальному, бросившему вызов им лицу, имиджа нечистоплотного человека, нарушителя закона, если хотите, преступника. Спрашивается: кто в такой ситуации должен защитить права судьи?Сегодня права многих организаций и предприятий, граждан защищают Ассоциации, в которые они объединяются. Такая Ассоциация есть и у судей. Она, между прочим, была первой независимой судебной организацией в регионе Центральной Азии. Перелистываю первый номер бюллетеня Ассоциации, выпущенной совместно с Американской ассоциацией юристов (ABA CEELI). Обращаю внимание на перечень фамилий специалистов, внесших немалый вклад в развитие отечественного судопроизводства и фразу "Со дня образования Ассоциация выполнила свои уставные требования, проделала большую работу". Такое ощущение, что это фраза точно отражает сложившееся сегодня положение. Хоть никто об упразднении Ассоциации судей, прекращении ее деятельности не заявлял, кажется, что она давно у нас не существует. В один день предъявляется обвинение трем судьям, Ассоциация молчит. Тогда, в начале 90-х годов, Ватан Абдурахмонов — главный инициатор создания Ассоциации судей Таджикистана, думаю, надеялся на то, что им созданная организация не должна выступать в роли статиста, а защищать права честных и порядочных специалистов, которые по роду своей деятельности могли стать объектом нападок. Подобные действия известный юрист предвидел, но вряд ли он мог представить, что его дитя превратится в организацию, которая из года в год будет только заниматься констатацией фактов.Например, вполне эффективно работает Ассоциация судей Российской Федерации, провозгласившая своими целями и задачами формирование и укрепление демократического правового государства и развитие гражданского общества, высшими ценностями которого является человек, его достоинство, неотъемлемые права и свободы. Каждый раз при нарушении прав судей, оказания на них давления Ассоциация поднимает свой голос в защиту своих членов. Стоят ли перед Ассоциацией судей РТ такие задачи? Почему такое равнодушие к вопросу о защите прав и свобод судей, не говоря уже о правах простых граждан республики? В курсе ли последних событий Ассоциация? Интересуется ли она, почему объектами нападок становятся только согдийские судьи? Кажется, что Генеральная прокуратура последовательно гнет одну линию, преследующую цель создания имиджа некомпетентного, нечистоплотного согдийского судьи. Прямых улик насчет обвинений, скорее всего, нет. Дела в отношении судей чаще всего сфабрикованы. Создается ощущение, что все судьи в Согдийской области не только безграмотны, но и взяточники. У них роскошные дворцы, разъезжают в иномарках, могут засыпать всех деньгами. А в действительности ситуация совсем иная. Многие из них не имеют собственных квартир, на работу ходят пешком, еле прокармливают свои семьи. Между тем, такой кампании травли в отношении судей в других регионах страны нет, хотя согдийский судья живет никак не лучше, чем его коллега с юга республики. Словом, все построено лишь на догадках, что судья вряд ли может существовать на 30 сомони. Такой оклад, к примеру, у судьи областного суда. Если эти догадки имеют все же под собой почву, тогда спрашивается, почему судьи заведомо поставлены в такие материальные условия, чтобы преступить закон, нарушать профессиональные и морально-этические принципы жизни. Разве нельзя изыскать несколько сот тысяч долларов для повышения их заработной платы, чтобы они не зависели от обстоятельств? Неужели вопрос соблюдения законности в стране, прав ее граждан столь мало значит для Таджикистана?О произошедшей истории с судьей Худжандского городского суда Муртазо Алиевым пресса уже писала. Тем не менее, считаю необходимым еще раз вернуться к этому вопросу, ибо в опубликованных материалах не говорилось о вещах, которые могли бы охарактеризовать его деловые качества. Суды редко выносят оправдательный приговор. Муртазо Алиев за короткий период своей деятельности в судебной системе дважды выносил подобные приговоры. Интересна была история с оправданием узбекского бомжа, обвиненного в убийстве. Что мог иметь он от беззащитного и неимущего человека, который должен был отбывать наказание за преступление, которого он не совершал, защити судья позицию обвинения?Судя по возбужденному вскоре против судьи обвинению, можно утверждать, что он, видимо, наступил на чьи-то интересы. Дело Муртазо Алиева нельзя расценить иначе, как преследование.Недавно я принимала участие на международной конференции правозащитников Центральной Азии в Кыргызстане, где с высокой трибуны с гордостью говорила о происходящих в республике крупных политических изменениях, о том, что, благодаря политической воле руководства нашей страны, в Таджикистане введён мораторий на смертную казнь, внесены изменения в Уголовный Кодекс РТ относительно гуманизации наказаний, что в республике продолжается большая работа по реформе всей правовой системы с целью приведения ее законов в соответствие с международными стандартами. Защита прав человека и гражданина — священный долг каждого юриста, правоведа. Защитой прав должны заниматься не только адвокаты. Это в равной мере касается судей, прокуроров, представителей всех правоохранительных органов. Многие ли из них сегодня могут сказать, что защищают права граждан? В большей степени обвиняют. Даже суды в последнее время занимают чаще всего обвинительную позицию. Не кажется ли, что многие судьи вступили в сговор с обвинительными органами, сдались им и не защищают свою собственную позицию? Не в том ли причина преследования отдельных судей, что они бросили вызов сложившейся практике?Нет сомнения, что вышеприведенный пример — это все же плоды реформы. Первопроходцам всегда труднее. Но реформы свернуть невозможно. Недалек тот день, когда наша судебная система станет по-настоящему свободной.Создание социально — правового государства требует неукоснительного соблюдения конституционных прав и свобод человека и гражданина. Однако сегодня в республике, в условиях правового нигилизма, у тысяч людей ущемляется право на защиту, когда деятельность правоохранительных структур по обеспечению защиты в прав человека, говоря мягко, далека от идеала. Ошибки и, тем более преднамеренная выдача невиновного за преступника, вызывает у людей озлобленность, недовольства строем, государством, властью, понижая не только престиж правовых институтов, но и государства в целом. Проблема ущемления прав и свобод человека, ее последствия мешают ходу процесса преобразований, тормозят реформы. Судебная власть — одна из основных структур, на которой держится государство. Она призвана быть объективной, справедливой, непредвзятой, отвечать за правильное применение и реализацию законов. Только строгое соответствие закону при осуществлении любой власти обеспечит обществу нормальное, поступательное, стабильное демократичное развитие. Поэтому демократизация общественной жизни, построение правового государства — всё это в значительной степени касается деятельности судебных органов, того, насколько они независимы. Когда речь идёт о судебной власти, от судей требуется неукоснительное знание законов, навыков их применения к определенному виду общественных отношений, умение ориентироваться в жизненной ситуации, т.е. правильно понимать и оценивать происходящие процессы. Применение законов в чётко предусмотренных рамках может обеспечить гражданам защиту их прав и законных интересов, гарантировать ту высшую справедливость, которую провозглашает общество, государство. Вселяет уверенность то, что президент и правительство выступают истинными приверженцами реформ, последовательно поддерживая все новое, прогрессивное, что может приблизить нас к созданию гражданского общества. Тогда защита прав человека и гражданина будут высшими ценностями правового государства.Файзинисо Вахидова,директор Центра поддержки правовых и экономических реформгазета "Вароруд" №42(130), от 3 ноября 2004г.http://varorud.org/analitics/politics/politics031104.html
