7
Октября Пятница
+25°C Душанбе
  Последние аудио новости

«Золото Татьяны». Геолог Татьяна Коробко о том, как геологи открывали в Таджикистане месторождения золота 

1 февраля 2022, 15:50

Avesta.Tj | 01.02.2022 | Летом далекого 1969 года в верховьях реки Ях-Су, в пяти километрах выше кишлака Шугноу по соседству с лагерем геофизиков Южной Геофизической Экспедиции стоял лагерь геологов Управления геологии. Именно там они и познакомились – десятиклассник из Орджоникидзеабада Андрей Захватов, работавший рабочим на летних каникулах в геофизической партии и душанбинская школьница Таня Коробко, отдыхавшая на летних каникулах в геологическом отряде своего отца.

Больше жизненные пути молодых людей не пересекались. В середине 70-х Татьяна Коробко стала геологом, специалистом по золоту Таджикистана. Андрей Захватов проектировал и строил в Таджикистане гидротехнические сооружения, а в 1997 году – ушел в журналистику. Следующая встреча геолога Татьяны Коробко и российского журналиста Андрея Захватова произошла только через 52 года – за чашкой чая на Золотом Кольце России, в городе Суздале в январе 2022 года.

На Дарвазе люди ходят по золоту

– Татьяна Григорьевна, судя по тому, что местом Вашего рождения указан таджикский кишлак Шугноу, в семье геологов Вам на роду было написано стать геологом?

– Да, наверное это так. Мой отец, Григорий Яковлевич Коробко, родился в Казахстане и после окончания школы и получения диплома геолога в 1953 году был направлен по распределению в Дарвазскую экспедицию «Таджикзолоторазведки», входившей в то время в структуру предприятий МВД СССР.

ФОТО 1

Геолог Григорий Коробко,1969 год

В том же 1953 году туда же был направлен на работу молодой воронежский геолог Борис Леонидович Кошелев. Его с моим отцом на долгие десятилетия связала совместная работа по разведке месторождений золота. Мы дружили семьями. В 50-е годы семьи геологов постоянно жили на Дарвазе, уезжая с приисков только в отпуск. Так что я с моим младшим братом Сашей и дочкой Кошелева Ирой прожили в Шугноу около 8 лет и в Душанбе мы уехали только в 1961 году – чтобы учиться в школе.

2

Геолог Борис Кошелев, 2010 год

Проявления россыпного золота на Дарвазе были известны еще со времен древней страны Бактрии. До сих пор на Дарвазе вдоль рек можно видеть отвалы древних отработок, которым по несколько сот лет. Но первыми научно обоснованными поисково-разведочными работами на Памире и в Дарвазе в 70-х годах XIX века начал заниматься известный российский геолог Иван Васильевич Мушкетов, а началом промышленной добычи золота принято считать 1894 год, когда на реке Пяндж старательская артель Павла Александровича Журавко-Покорского добыла несколько килограммов золота. В 1897 году им была организован прииск по добыче золота на реке Сафед-Дара на Дарвазе, который просуществовал до начала 20-х годов прошлого века и был уничтожен басмачами. С конца 20-х – начала 30-х годов XX века советскими геологами были начаты работы по широкому изучению и открытию месторождений золота и драгоценных камней.

3

Древние овалы горной породы на Дарвазе

«Духтари Коробко омад 

– Таким образом, начало широкого освоения месторождений россыпного золота можно датировать советским периодом?

– Да, но самый значительный и успешный период в поисках, разведке и открытии месторождений золота драгоценных камней в Таджикистане начался в середине 50-х годов и продолжался вплоть до 1991 года, до распада СССР. Поэтому я считаю, что мне, получившей диплом геолога в Таджикском Государственном Университете в 1976 году, необычайно повезло – с  1976 года около 20 лет работать на золотых месторождениях Дарваза – сначала рядовым геологом, а затем главным геологом ПО «Таджикзолото».

В 1995 году из-за гражданской войны пришлось уехать из Таджикистана и увезти детей. Но мне приятно, что труд Бориса Кошелева был оценен присвоением ему  почетного звания «Заслуженный геолог Таджикистана», а мой отец Григорий Коробко был награжден орденом «Знак Почета». Их имена и фамилии сегодня в Дарвазе знают даже молодые люди – дети тех местных жителей окрестных кишлаков, которые с ними работали в 50-е – 60-е годы. Когда в 2015 году я в последний раз прилетала в Таджикистан и приезжала на Дарваз, местные жители, звоня по телефону в соседние кишлаки, говорили: «Духтари Коробко омад!» – «Дочка Коробко приехала!».

ФОТО 4

Татьяна Коробко в  Дарвазе, 2015 год

 – Интересно, как Вас принимали на родине, в кишлаке Шугноу?

– Как самых почетных гостей. Было лето, мы смогли поездить по окрестностям в долинах золотоносных рек Сафед-Дара и Бомовло и увидеть, что многое изменилось – как в окружающем рельефе, поскольку золото добывают там весьма интенсивно и рельеф меняется, так и в кишлаках Дарваза, в которых построены добротные дома, современная школа.

– Насколько я помню 1969 год, еще в то время местное население кишлаков Дарваза считало большой удачей получить рабочие места в геологических отрядах?

– Да именно так. На работы ручными инструментами по проходке штолен и шурфов, водителями, сторожами, на строительство геологических баз  нанимали местных рабочих, причем их заработная плата часто была выше зарплаты геологов – она начислялась от выработки. Если зарплата (с полевыми надбавками) в 70-е годы  составляла 350 рублей, то рабочие получали по 400 – 500 рублей.

– Я помню доброе отношение местного населения к геологам в Шугноу. Однажды в августе 1969 году в нашем лагере геофизиков кончились продукты, и Ваш отец Григорий Коробко поделился с нами хлебом, а местные таджики охотники бесплатно дали нам мясо сурков и горного барана, пока наш завхоз не привез нам продукты.

– Геологов в Дарвазе таджики всегда уважали. Известен случай, когда зимой несколько местных рабочих таджиков из кишлака Тальбар вызвались пройти по глубокому снегу в Тавильдару через перевал Хар-Санг за 20 километров и через три дня и три ночи принесли в Шугноу антибиотики для дочки Бориса Кошелева. Пятилетняя девочка была спасена.

О разведке золота и о войне в Дарвазе

– Какими были технологии поиска и разведки золота Дарваза? 

– На стадии поисковых работ – это проходка шурфов и канав, а с начала 50-х годов детальная разведка месторождений велась путем бурения разведочных буровых линий при помощи станков ударно-канатного бурения. Часть оборудования на место бурения доставляли на вьючных ослах и лошадях. А саму установку подтягивали при помощи бульдозера. Работы по разведке запасов месторождения велись круглогодично. Для оценки запасов на плато Даштако было пройдено несколько штолен, но запасы золота на плато не были подтверждены в ожидаемых объемах. Промышленные запасы были установлены только вдоль рек.

ФОТО 5

Борис Кошелев и Григорий Коробко с рабочими у бурового станка, начало 60-х годов

– Известно, что в верховья Ях-Су ниже кишлака Шугноу в начале 70-х годов с   Урала доставили и собрали на месте крупную современную установку по разработке золотых месторождений – драгу. Насколько драга позволила нарастить добычу золота? 

– Принцип работы драги – поднятие со дна реки многоковшовым экскаватором золотоносной породы, извлечение из нее золота и укладка отработанной породы в отвал. Плавала драга в Шугноу на понтоне в глубоком котловане. Котлован для нее отрывал шагающий экскаватор ЭШ10/60 ёмкостью ковша 10 кубометров, он же выполнял и вскрышные работы, обеспечивая перемещение драги. Драга выбирала горную породу из-под воды с глубины до 30 метров. Стоимость привезенной драги и шагающего экскаватора составляла в советских рублях астрономическую сумму – 11 миллионов рублей. Обслуживали драгу и экскаватор приглашенные специалисты с уральских золотых приисков. По мере обучения местных рабочих они также привлекались к работе на драге. Конечно же, добыча золота в сравнении с обычным промышленным способом возросла в разы.

ФОТО 6

Драга на золотом прииске в  Шугноу, 1983год

К сожалению, драга не проработала плановый срок службы. Зимой 1987 года драга перевернулась на бок вследствие попадания воды в понтон. Поднять и поставить ее в прежнее положение было невозможно, – все-таки 3500 тонн. Не исключаю, что высокая производительность драги кому-то очень мешала и вскоре драга была порезана на металлолом. На смену драги для добычи золота стали поставлять оборудование для промывки горной породы, которое разработал уральский изобретатель П.Я.Абакумов – это также позволяло эффективно извлекать золото из золотоносных отложений.

– Известно, что золотые прииски на Дарвазе в период гражданской войны в Таджикистане в 90-х годах контролировались боевиками. Я бывал в середине 90-х в Горном Каратегине и знаю, что за золото там можно было купить муку, масло, сахар, лошадь, одежду и домашнюю утварь. Но, насколько мне известно, этот период представляет собой белые, незаполненные страницы истории золотодобычи в Дарвазе. А что Вам известно по этому поводу? 

– Мне известно не больше, чем всем остальным. Финансирование войны, тем более финансирование золотом, всегда закрытая тема. К сожалению, прииски на Дарвазе во время войны сильно пострадали – были сожжены оборудование и вагончики, где жили мои коллеги геологи. С их личными вещами.

О легендах и вольных старателях

– Распад Советского союза и гражданская война 1992 – 1997 годов нанесли таджикской школе геологоразведки и горнодобывающей отрасли тяжелый удар. Большинство нынешних месторождений золота в Таджикистане и их запасы были разведаны в советский период. Интересно, есть ли перспективы открытия новых месторождений в бассейнах рек Сурхоб, Оби-Хингоб, Зеравшан?

– Как известно, сейчас на китайских инвестициях в Таджикистане идет разработка ряда месторождений золота, уже разведанных в советское время. Пытаются найти золото промышленных объемов и на новых участках в долине реки Зеравшан. Пока известно, что там есть запасы золота, но они пригодны по объемам для отработки небольшими отрядами старателей. Но я не исключаю, что доразведка в названных Вами бассейнах рек может установить запасы золота в промышленных объемах. Если повезет.

– Насколько мне известно, на Дарвазе рассказывали легенду, согласно которой во времена Чингисхана там был найден самородок золота весом 32 килограмма. Как думаете, мог ли быть такой случай?

– Судя по моему опыту и опыты моих коллег, самородок такого веса на Дарвазе – это легенда. Мне известен случай нахождения там самородка весом 350 грамм, но основная масса природного золота – это россыпное золото, чешуйки и частички драгоценного металла от 0,1 грамма до нескольких десятков граммов. Один из таких самородков весом 114 грамм был найден  при мне.

ФОТО 7

Самородок 114 грамм и россыпное золото, 1980 год

– Когда человек имеет дело с природным золотом, у разных людей появляются разные мысли. Кто-то размышляет, как утаить найденное золото и потом его выгодно продать. Были ли такие попытки?

– Успешно работать с драгоценными металлами и камнями и при этом жить спокойно могут только люди с чистыми руками. В советский период задача пресекать незаконную добычу золота возлагалась на КГБ Таджикской ССР. И я помню, как моего отца несколько раз приглашали в столичное управление КГБ, чтобы установить место происхождения изъятого золота. Так что случаи, когда золото незаконно добывали из породы, выбранной ночами из штолен и шурфов – такие случаи были.

– Интересно, а как Вы оцениваете решение правительства Таджикистана разрешить добычу золота всем желающим гражданам республики? 

– Как мне рассказывали в моей поездке в Таджикистан в 2015 году, в горнодобывающей промышленности было занято примерно 10 тысяч человек. Учитывая высокий процент безработицы, взрослые молодые здоровые мужчины могли бы не просить у государства рабочее место, а сами создать его для себя. Решение получить в Минфине лицензию, самостоятельно добывать золото и продавать его государству – я считаю разумным и своевременным. Если сегодня разведанные и утвержденные запасы золота в Таджикистане составляют порядка 400 тонн, а ежегодная добыча приближается к 10 тоннам, разработка месторождений в таких объемах может быть гарантирована еще в течение 40 лет. Но Таджикистан – все еще не до конца изученная территория, и его недра на долгие годы вперед будут давать в бюджет страны весомую прибавку.

ФОТО 8

Вольные старатели на реке Ях-Су, 2020 год

– Известно, что в афганском Панджшере, на родине Ахмада Масуда есть месторождение изумрудов. По чистоте и цвету они являются одними из лучших в мире. Несколько лет назад ходила легенда, что на таджикском Памире тоже есть изумруды, но это знал лишь один геолог, который куда-то пропал. Может ли, на Ваш взгляд, это быть правдой или это тоже легенда?   

– Красивая легенда. Проявления изумрудов в Таджикистане мне не известны. Месторождения рубинов и десятков наименований камней самоцветов – в Таджикистане есть и это очень хорошо, что они разрабатываются. На языке геологов рубины – это разновидность корунда красного цвета, добываемая в Таджикистане в районе горы Кухи Лал.

– В том же 1969 году на осыпи в долине реки Каратаг я поднял лежащий под ногами камень с вкраплениями красных кристаллов. Отдал начальнику отряда и его отправили в экспедицию. Интересно, что это могло быть? 

– Скорее всего, это гранат, один из красивейших камней самоцветов. Любая красавица не устоит перед подарком, если это будет гранатовый браслет.

ФОТО 9 ЭТО Я

Андрей Захватов на золотом прииске в Дарвазе, 2011 год

– Татьяна Григорьевна, Ваш рассказ о золоте Дарваза мог бы с успехом лечь в основу документального или художественного фильма. Вы не задумывались об этом? 

– В 1973 году в Таджикистане таджикским режиссером Маргаритой Касымовой был снят художественный фильм «Четверо из Чорсанга». Съемки этого фильма проходили и в кишлаке Зидды, где мы проходили учебную практику и принимали участие в массовых сценах, за что получали деньги. Когда я начала работать на прииске “Дарваз” в 1977 году, Маргарита приезжала к нам на прииск снимать документальный фильм о поисках и добыче золота на Дарвазе. Так что судьба дважды сводила меня с Маргаритой Наимовной. Кстати, она тоже уехала из Таджикистана из-за войны и сейчас живет в Минске. Думаю, если в архивах «Таджикфильма» осталась эта лента, ее бы с интересом посмотрели многие люди. А если снимать новый документальный фильм о золоте Дарваза – и этот фильм был бы очень интересен.

– Спасибо за интервью! 

Автор Андрей Захватов.

Фото из личных архивов Татьяны Коробко  и Андрея Захватова