Avesta.Tj | 10.09.2014 | На фоне визита президента Ирана Хасана
Рухани в Казахстан и Таджикистан, где он рассчитывает укрепить двустороннее
сотрудничество, Международное агентство по атомной энергии (МАГАТЭ)
опубликовало очередной доклад по иранской ядерной программе.
Новый доклад содержал весьма
серьезные обвинения в адрес Тегерана. Агентство сообщило, что иранская сторона
снова отказалась ответить на два вопроса, которые МАГАТЭ относит к самым
важным. Один касается работ на секретной военной базе в Парчине, где, по
имеющимся разведданным, иранский режим проводил испытания взрывных устройств-детонаторов
для ядерных зарядов, а потом тщательно устранял следы этой деятельности. Второй
вопрос затрагивает расчеты взрыва ядерного заряда, который был в три раза
мощнее, чем бомба, которую американские ВВС сбросили на Хиросиму в августе 1945
года. Информация об этих расчетах появилась в ноябре 2012 года, и тогда
специалисты отмечали, что Иран, похоже, сразу начал разрабатывать относительно
мощную боеголовку или бомбу, тогда как, скажем, КНДР сначала работала над более
скромным зарядом.
Оба этих момента, испытания
детонаторов и расчеты взрыва заряда, по понятным причинам вызвали
обеспокоенность МАГАТЭ и тех стран, которые с недоверием относятся к заверениям
Тегерана в мирном характере ядерной программе. Однако Иран попросту отказался
отвечать на вопросы. Иранская сторона сообщила агентству в ответ на запрос, что
это просто «слухи», которые не заслуживают обсуждения. Такой ответ
МАГАТЭ совершенно справедливо назвало «вызывающим опасения». Добавлю,
что опасаться следует не только агентству.
Отказ Ирана развеять сомнения
МАГАТЭ относительно истинных целей своей ядерной программы произошел на фоне
чрезмерного затягивания переговоров Тегерана с шестерной международных
посредников (США, Россия, Франция, Великобритания, Китай и Германия) по поводу
все того же атома. Все это дает основания опасаться, что иранский режим
продолжает вести свою игру ради выигрыша времени и доведения работ в ядерной
области до точки невозвращения. Одновременно иранские власти стараются
выставить себя в качестве регионального фактора стабильности, чтобы убедить
западные страны в необходимости примириться с амбициями Тегерана и прекратить ужесточать
санкции. В последние недели внимание всего мира оказалось приковано к Ираку,
где больших успехов добились террористы из группировки «Исламское
государство», и Иран постарался воспользоваться ситуацией.
Редакция ВВС на языке фарси
сообщила, что верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи разрешил сотрудничать с
американскими силовиками в Ираке. По этим данным, он отдал соответствующие
распоряжения командующим вооруженными силами Исламской республики. Это
сообщение противоречило позиции президента Хасана Роухани, который ранее
исключил сотрудничество с США в вопросе борьбы с террором. Позднее и США, и
Иран официально опровергли эту информацию ВВС. Однако слухи о том, что интересы
Вашингтона и Тегерана сегодня в Ираке совпадают, продолжают циркулировать.
В связи с этим следует отметить,
что в сегодняшних трудностях Ирака есть и определенная доля иранской вины.
Тегеран поддерживал богослова-радикала Муктаду ас-Садра, одного из духовных
лидеров иракских шиитов, который в свое время руководил военизированным
формированием, совершавшим многочисленные теракты в Ираке и немало
способствовавшим общему снижению уровня безопасности. Потом Иран поддерживал
правительство Нури аль-Малики, недальновидная политика которого в отношении
суннитского меньшинства отчасти привела к росту недовольства среди суннитов и
способствовала усилению популярности экстремистских группировок. В общем, опыт
иранского влияния на иракскую политику нельзя назвать положительным, поэтому
вряд ли можно рассчитывать на Тегеран в вопросе восстановления стабильности
Ирака.
Еще одним примером негативного
влияния Ирана можно назвать Йемен. Как неоднократно утверждали представители
йеменского правительства, иранский режим взял под свое крыло племена Хути,
которые придерживаются заидистского течения шиизма. Хути, проживающие в
северной части страны, время от времени бунтуют против властей. Ситуация
особенно ухудшилась на фоне беспорядков, охвативших арабские страны с конца
2010 года. Как заявляют йеменские власти, Иран снабжает боевиков племен Хути
оружием. Официальная Сана утверждала, что как минимум один раз перехватывала
судно с грузом оружия и боеприпасов, присланное Ираном, и неоднократно пыталась
добиться прекращения вмешательства в свои дела. Так, 6 сентября президент
Йемена Абед Раббо Мансур Хади призвал Тегеран проявить здравый смысл и
поддерживать отношения со всей страной, а не с отдельной этно-религиозной или
политической группой.
Если учесть, что и в Ливане
иранские клиенты в лице террористов «Хизбаллы» занимаются всем, кроме
защиты общенациональных интересов и укрепления стабильности страны, то
претензии Ирана на право называться гарантом безопасности выглядят не слишком
обоснованно. Неудивительно, что поползновения Ирана вынудили арабские страны
Персидского залива принять решение о значительном увеличении численности общего
воинского контингента, а ОАЭ ввели всеобщую воинскую повинность.
С учетом вышесказанного опасения,
которые испытывают МАГАТЭ и отдельные страны по поводу иранской ядерной
программы, выглядят более чем логичными. Легко представить себе, как
активизируются многочисленные экстремистские элементы в разных странах, если
Иран создаст ядерный арсенал. Последствия такого развития событий будут просто
катастрофическими для всех регионов, в которых Тегеран имеет стратегические
интересы, так как иранский режим, продвигая свои цели, выступает спонсором
наиболее радикальных элементов.
Михаэль Бородкин
Специально для «БиП»
