Avesta.Tj | 03.09.2014 | В непростых отношениях между Ираном и США
наметилось очередное обострение. В конце августа американское правительство
ужесточило санкции против Тегерана. Точнее, был расширен «черный
список» физических и юридических лиц, с которыми США запрещают
поддерживать деловые связи. В список попали более 20 компаний, которые в той
или иноЙ степени связаны с ядерной программой Исламской республики, а также
помогают Ирану обходить предыдущие санкции.
Министр иностранных дел Ирана
Мохаммед Джавад Зариф сказал по этому поводу, что Тегеран может прибегнуть к
«неприятным действиям» в качестве ответа на новые американские
санкции. Он также отметил, что подобный шаг американской администрации не может
не сказаться отрицательно на ходе переговоров по ядерной программе Исламской
республики. Пресс-служба МИД Исламской республики, в свою очередь, поспешила
назвать расширение санкций грубым нарушением подписанных в Женеве соглашений, в
рамках которых был задан очередной формат для урегулирования кризиса вокруг
ядерной программы страны.
Даже президент Хасан Роухани,
считающийся представителем умеренного крыла иранских политиков, и до сих пор
сохранявший мягкий тон в отношении переговоров по ядерной программе, на сей раз
не скрывал возмущения. Он сравнил санкции с «агрессивным вторжением»
в иранскую экономику и призвал к «сопротивлению» с целью
«поставить интервентов на место». Отдельно обращаясь к Европейскому
союзу, иранский лидер предупредил, что попытки последовать в русле американской
политики и ввести новые односторонние санкции непременно повредят интересам ЕС.
Роухани в своем недовольстве
пошел так далеко, что после расширения «черного списка» отверг всякую
возможность сотрудничества с США в сфере борьбы с террором на Ближнем Востоке.
Вдобавок, он обвинил Вашингтон в создании экстремистской группировки
«Исламское государство», которая контролирует сегодня значительную
часть Ирака и Сирии и установила жестокий террор на этих землях, расправляясь
со всеми, кто не отвечает представлениям этих исламистов о благочестивых
мусульманах — с шиитам, езидами, христианами и умеренными суннитами. В
последнее время появились слухи о сближении США и Ирана на почве противостояния
угрозе со стороны «Исламского государства». Но Роухани заявил, что
никаких контактов по этому вопросу не будет.
Обвинения Тегерана в адрес США
лишены реальных оснований. Вашингтон не вводил новые санкции, а лишь принял
дополнительные меры для обеспечения соблюдения существующих ограничений на
иранскую экономику. Женевские соглашения предусматривали, что все действующие
санкции останутся в силе. Почему же реакция была столь бурной?
Возможно, иранскому режиму
пришлось не по вкусу, что американский «черный список» был расширен
на фоне предстоящего визита Роухани в центральноазиатские республики —
Казахстан и Таджикистан. В Казахстане иранский лидер намерен подписать ряд
соглашений о развитии экономических связей, в Душанбе он собирается принять
участие в саммите лидеров стран Шанхайской организации сотрудничества, а также
провести переговоры с руководством страны.
Этот регион приобретает все
большее значение в иранской внешней политике. Тегеран вкладывает очень большие
средства в различные проекты в центральноазиатских странах, в основном — в
области энергетики и в сфере развития инфраструктуры. Иран стремится превратить
себя в жизненно-важный узел в обеспечении поставок нефти и газа и в транзите
грузов для этого региона. При этом до сих пор США и их союзники стараются активно
ограничить экономическую экспансию Ирана в Центральной Азии. Например, участие
иранских бизнесменов в различных проектах в Афганистане остается крайне
незначительным.
Но Тегеран не отчаивается и
продолжает активно действовать в том же направлении. 1 сентября бывший
президент Ирана Акбар Хашеми Рафсанджани, занимающий пост председателя
влиятельного Совета по целесообразности, призвал к расширению сотрудничества с
соседними странами, отметив, что многие из них заинтересованы в расширении
торгово-экономических связей с Исламской республикой. Рафсанджани наверняка
имел в виду государства Центральной Азии, так как арабские страны,
соседствующие с Ираном с запада, демонстрируют явное нежелание идти на
сближение с ним, и у них есть на то свои причины. Их отношение к Тегерану было
озвучено в недавнем заявлении представителя Саудовской Аравии в ООН Абдаллы
аль-Муалима, который сказал, что сотрудничество с Ираном станет возможным,
когда эта страна перестанет вмешиваться во внутренние дела арабских государств.
Следует помнить, что иранский
режим преследует не только экономические цели. Тегеран несет революционную
идеологию политического ислама. Негативные последствия чрезмерного усиления
иранского влияния хорошо видны на примере Ливана, где тегеранские клиенты в лице
террористической организации «Хизбалла» фактически сформировали
государство в государстве и время от времени втягивают всю страну в очень
опасные авантюры, то нападая на Израиль, то активно участвуя в гражданской
войне в Сирии. Все это делается не в интересах Ливана, а в интересах Ирана.
Поэтому экономическая экспансия может стать причиной серьезных проблем для
стран, оказавшихся в орбите иранского влияния.
США, недовольные попытками Ирана
расширить свое влияние без выполнения требований мирового сообщества по ядерной
программе, прибегают к разным инструментам для сдерживания экономического
проникновения Тегерана в регионе. На этом фоне бурное возмущение иранского
руководства расширением «черного списка» становится понятным.
Компания, на которую наложены американские санкции, лишается возможности вести
бизнес с партнерами из США и становится своего рода изгоем. Как правило, когда
третьей стороне приходится выбирать между отношениями с американскими и
иранскими компаниями, выбор делается в пользу США. Следовательно, увеличение
списка сокращает возможности Тегерана участвовать в серьезных проектах в других
странах и подрывает шансы на успех экономической экспансии.
Михаэль Бородкин
Специально для «БиП»
