Avesta.Tj | 17.07.2013 | Длительность пребывания у власти,
почтенный возраст и неоднозначное отношение своего народа и мировой общественности
дают обильную пищу для предположений и слухов о дальнейшей судьбе бессменного
пока руководителя Узбекистана ,вернее, о том, кто придет ему на смену.
Весной этого года СМИ фактически
«похоронили» 75-летнего президента Узбекистана Ислама Каримова, объявив о том,
что он якобы перенес инфаркт и находится в предсмертном состоянии. Распространению
подобных слухов способствовало и то, что узбекский лидер долгое время не
появлялся на публике. Позже президент «воскрес», однако поток прогнозов и
предположений по поводу того, кто сменит Каримова, занимающего свою должность с
1990 года, было уже не остановить.
Все последние месяцы Узбекистан
живет в ожидании неизбежных и, возможно, весьма радикальных перемен. Очевидно,
что борьба за место преемника входит в решающую стадию. О своем видении перспектив
персоналий узбекского истеблишмента, претендующих на высший пост в соседней
республике рассказал видный политолог Иннокентий Адясов.
Специфика современного Узбекистана состоит в том, что из-за системы
тотального контроля над СМИ (включая и иностранные) из страны приходит крайне
мало объективной информации, которая позволяла бы делать корректные прогнозы о
реальном развитии политической ситуации. По оценке российского информационного
агентства «Ostkraft», имеющего собственные источники в Ташкенте, с конца 2012
года борьба между потенциальными преемниками Каримова приобрела характер
информационных войн, причем с упором на зарубежное общественное мнение.
И первый удар вполне ожидаемо был нанесен по старшей дочери Ислама
Каримова Гульнаре (или, как принято называть ее в Узбекистане, Гугуше — по ее сценическому
псевдониму). Формальным поводом стала атака структур, контролируемых Гугушей,
на узбекскую «дочку» МТС «Уздунробиту». По факту произошел рейдерский захват
этой компании, после чего Каримова была подана российскому и западному
общественному мнению (и весьма успешно) как олицетворение узбекской провластной
коррупции.
Шум в прессе вокруг деятельности президентской дочки был поднят
изрядный, и во многом из-за него в Узбекистане была сорвана намеченная на 2013
год конституционная реформа. В Ташкенте планировали передать больше полномочий
парламенту (нижнюю палату которого, по оценкам местных экспертов, должна была
возглавить Гугуша) и правительству. В настоящий момент, как известно, реальными
властными полномочиями в Узбекистане обладает только один человек — сам Ислам
Каримов.
Ответ Гугуши не заставил себя долго ждать: удар был нанесен по одному из главных представителей
ташкентского клана, первому вице-премьеру Рустаму Азимову. Его также
неофициально рассматривают в качестве одного из возможных преемников Каримова.
В своих твитах и через контролируемые сайты Гугуша заявила, что
состояние Азимова достигает 4 миллиардов долларов. Помимо этого, Гульнаре
Каримовой удалось убедить отца начать атаку на подконтрольные Рустаму Азимову
банки, прежде всего банк «Ипак Йули». После разговора Каримова с Азимовым
тотальную проверку банков первого вице-премьера прекратили, но позиции Азимова
как возможного преемника были серьезно подорваны.
Между тем, по оценкам экспертов из Узбекистана, открытое столкновение
между Гугушей и Рустамом Азимовым было спровоцировано еще одним соискателем
президентского поста — главой Службы национальной безопасности (СНБ)
Узбекистана Рустамом Иноятовым. Два года назад его называли в числе самых
вероятных кандидатов в преемники Каримова. Но сейчас уже ясно, что
самостоятельно Иноятов не сможет претендовать на высший пост в стране: в
следующем году шефу СНБ исполнится уже 70 лет, к тому же он болен сахарным
диабетом
Однако это ни в коей мере не означает, что Рустам Иноятов не намерен
участвовать в дележке власти после ухода нынешнего президента. Сейчас его
основная задача — столкнуть друг с другом всех возможных кандидатов в
преемники, чтобы удержать под своим контролем процесс передачи власти.
При этом Иноятов, рассчитывая заручиться поддержкой Москвы, пытается
предстать в образе «пророссийского политика», который сможет обеспечить
интересы Кремля в посткаримовском Узбекистане. Но если проанализировать
предыдущие инициативы шефа СНБ, можно прийти к выводу, что, апеллируя к
российскому руководству, Иноятов, мягко говоря, лукавит. В нынешнем руководстве
Узбекистана именно глава спецслужбы занимает наиболее жесткие антироссийские
позиции: он не только изгнал из СНБ всех сотрудников, в той или иной мере
симпатизирующих России, но и устроил показательный процесс по поиску
«российских агентов» в министерстве обороны. А в 2012 году именно Рустам
Иноятов был ответственным за проведение учений силовых ведомств Узбекистана по
отражению «российской агрессии».
В то же время Иноятов через аппарат СНБ и свои контакты в российских
властных структурах отслеживает любую активность потенциальных кандидатов в
преемники Каримова в Москве. Еще одна любопытная деталь: западные аналитики не
раз обращали внимание на тот факт, что резкий рост активности исламистских
группировок в Узбекистане («Хизб-ут-Тахрир», Исламского движения Узбекистана)
происходил в те моменты, когда Иноятов добивался для себя новых полномочий и
средств. В этой связи все чаще говорят о том, что глава СНБ может использовать
«карманных исламистов» как повод для введения чрезвычайного положения, если
передача власти от Каримова пойдет не по сценарию Иноятова.
Наконец, теоретически существует еще один кандидат в преемники —
нынешний премьер Узбекистана Шавкат Мирзияев. Теоретически — так как для того,
чтобы у «верного Шавката» не появилось президентских амбиций, Ислам Каримов
сделал все возможное. Так, Мирзияев лишен возможности напрямую общаться с
силовиками (это прерогатива непосредственно Каримова), уже упоминавшийся первый
вице-премьер Рустам Азимов по факту проводит отдельную политику, всем
государственным СМИ Узбекистана даны указания позиционировать Мирзияева как
«чистого хозяйственника». В связи с этим крайне ограничена и международная
активность Мирзияева.
Кроме того, через систему осведомителей Каримов имеет практически
полную информацию о финансовых злоупотреблениях премьера, что позволяет ему не
просто в любой момент отстранить Мирзияева от должности, но и возбудить против
него уголовное дело. Пока же «верный Шавкат» нужен Каримову как управленец,
который способен более или менее эффективно решать оперативные вопросы и может
выступить в качестве некоего громоотвода в условиях все ухудшающейся
экономической ситуации в Узбекистане. Поэтому крайне маловероятно, что Каримов
захочет видеть преемником именно Мирзияева, который в силу своего крутого нрава
пользуется в народе весьма дурной славой.
Если говорить о процессе передачи власти в Узбекистане в целом, то
начало операции «преемник» будет зависеть в первую очередь от двух факторов:
состояния здоровья Ислама Каримова и экономической ситуации в Узбекистане,
включая колебание цен на продукты, способное спровоцировать социальный взрыв.
Пока же все потенциальные кандидаты в преемники Каримова заняли выжидательную
позицию и надеются на фальстарт конкурентов. Баланс сил кандидатов, в свою
очередь, будет напрямую зависеть от количества наличности, в связи с чем сейчас
в стране идет массовая распродажа собственности и острая борьба за средства
государственного бюджета.
Но даже состарившийся и, видимо, серьезно больной Ислам Каримов
остается мастером политической интриги и готов смешать карты претендентов в
любой момент. Когда нужное время так или иначе настанет, вполне возможно
повторение уже известного сценария: преемник Каримова выйдет из политической
тени — так же, как это произошло в 2006 году в Туркмении, когда на смену,
казалось бы, вечному Сапармурату Ниязову пришел никому неизвестный Гурбангулы
Бердымухамедов.
Подготовил Эргаш Сулейманов
