В ноябре 2006 года российская газета «Коммерсант» сообщила о намерении ГМК «Норильский Никель» заняться разработкой полиметаллического месторождения Большой Канимансур, в 70 километрах от Худжанда. Представители «НорНикеля» подали в правительство Таджикистана заявку на доступ к месторождению. Не известно, какое решение будет принято, но в любом случае, на мой взгляд, таджикским властям необходимо также учитывать исторический вопрос.
Большой Канимансур – это крупное полиметаллическое месторождение, входящее в группу месторождений (в которую также входят Малый и Восточный Канимансур), расположенных в горах Карамазара, юго-западной оконечности Кураминского хребта.
По советским геологическим оценкам, месторождение обладает запасами в 1 млрд. тонн руды, в которой содержится: серебра – 49 грамм/тонна, цинка – 3800 грамм/тонна, свинца – 4900 грамм/тонна. Общие запасы чистого серебра можно оценить в 49 тысяч тонн металла.
Предполагается, что «НорНикель» собирается создать в Таджикистане холдинг по добыче цветных металлов, в частности серебра и никеля, и в этом отношении разработка Канимансура составляет собой первый шаг.
Однако в этом деле есть масса технических трудностей. Для окупаемости проекта мощность карьера по добыче руды должна составлять не менее 5 млн. тонн в год. Вход в проект «НорНикелю» не меньше, чем в 1 млрд. долларов, так как необходимы значительные инвестиции в строительство карьера, поселка, обогатительной фабрики, транспортной и энергетической инфраструктуры для обустройства месторождения.
Конечно, намерение развернуть столь крупный проект со стороны российской компании не может не радовать таджикское руководство и общественность. Это еще один знак привлекательности современной таджикской экономики. Однако, считаю, что прежде чем принимать решение о полномасштаной разработке месторождения, таджикским властям стоит обратить внимание на другой аспект. Ведь Канимансур – это уникальный памятник древности.
Согласно данным Академии наук СССР, в Карамазарских горах Таджикистана медь и серебро добывали с незапамятных времен. Во всяком случае, ряд исторических источников указывают, что когда Согдиана сопротивлялась войскам Александра Македонского, рудники Карамазара уже активно работали и были широко известны.
Судя по сообщениям греческих авторов, активная разработка руд в Ахангаранской долине велась уже в IV веке до н.э.
Расцвет добычи серебра, меди, бирюзы, золота приходится на ранее средневековье, на IV-XII века н.э. После окончательного утверждения арабских правителей в регионе, в IX веке начинается бурный рост городов и экономики района.
Часть Согдианы – Илак, стала одним из центров добычи серебра и чеканки дирхамов, которая началась в правление халифа Харун ар-Рашида в 804-806 годах. Монетный двор Илака был одним из трех монетных дворов во всем Мавераннахре. В долине возникло 14 процветающих и густонаселенных городов.
Для государства Саманидов, Илак был одним из важнейших источников серебра. По одному из свидетельств, только в 827 году в казну Абдуллаха ибн Тахара поступило из этих рудников 607 тысяч дирхамов.
Однако к XII веку добыча металлов пришла в упадок из-за выработки наиболее богатых жил, и из-за активной вырубки арчи, которая служила топливом для металлургических печей, шла на рудостойки и крепеж штреков.
Нельзя сказать, что добыча на рудниках Карамазара была хищнической. Напротив, средневековые рудокопы выработали все жилы, которые были доступны при техническом уровне того времени.
Отдельные штольни спускаются на глубину до 200 метров. В них применялись системы отвода грунтовых вод, с применением керамических водопроводных труб. Была создана система вентиляции, использовавшая естественную тягу в выработках.
В штольнях широко применялись разные подъемные механизмы, а для проходки использовалось нечто вроде «проходческого щита», который представлял собой деревянный щит, утыканный 150-300 железными колунами, по которым наносились удары кувалдой.
Полный текст публикации читайте в газете «Факты и комментарии»
