Приход крупного российского бизнеса в Таджикистан, о котором раньше так много и с надеждой говорили в нашей стране, стал реальностью. Флагманом этого бизнес-десанта можно считать компанию «Русский алюминий», которая изъявила желание инвестировать в местную экономику больше других — до 1,5 млрд. долларов. Что стоит за этой щедростью – желание оказать поддержку или холодный расчет, энтузиазм или выгода?
Еще Карл Маркс говорил, что капиталист заинтересован только в ренте, и больше ни в чем, а транснациональные компании являются лишь инструментом порабощения народов. Пожалуй, в отношении компании РУСАЛ с этим однозначно согласиться нельзя. Все-таки, несмотря на высокие риски, она решила инвестировать в таджикскую энергетику и алюминиевую отрасль до 1,5 млрд. долларов: достроить многострадальную Рогунскую ГЭС, построить нам второй алюминиевый завод. Помимо этого компания не скупится на благотворительные траты – приглашает российских артистов эстрады и искусства, поддерживает местные социально уязвимые слои населения…
Все бы хорошо, но в последнее время ряд местных СМИ потихоньку стали возвеличивать роль РУСАЛа в нашей жизни. «РУСАЛ сделал то-то», «РУСАЛ привез того-то»: за этими восторженными выкриками сегодня, завтра могут быть не услышаны слова недовольства…
Я решил взять на себя обратную роль и выступить критиком компании, чтобы помочь обществу не сотворить себе кумира в ее лице, а в последующем не относиться к ней враждебно, если вдруг наступит разочарование от несбывшихся ожиданий.
Итак, вернемся в историю. Согласно ей, транснациональные корпорации (ТНК), какой является и компания «Русский алюминий», всегда создавались только для получения собственной прибыли за счет сокращения расходов и снижения налоговых выплат. Учитывая, что в любом производстве уровень расходов снижать до бесконечности невозможно, есть свой технологический предел, за которым уже страдает качество продукции, единственным выходом (взятым на вооружение ТНК) является перенос производства в страну с низким уровнем доходов и дешевой рабочей силой, но с богатыми природными ресурсами. Используя дешевых рабочих, дешевые природные ресурсы плюс минимум расходов на защиту экологии (в странах, где человеческая жизнь почти не ценится, природа не ценится вдвойне), капиталист добивается желаемой сверхприбыли.
Причем здесь Таджикистан, скажет читатель? Притом, что мы и есть та самая страна дешевой рабочей силы, электроэнергии и низкого контроля за экологией, что делает нас оптимальной для размещения алюминиевого производства, а РУСАЛ и есть ТНК.
То, что от увеличения действующей мощности Таджикского алюминиевого завода и строительства нового завода в Хатлонской области экологический фон ухудшится не может быть никаких сомнений. Несмотря на все уверения руководства компании, что ее производства соответствует самым высоким стандартам экобезопасности, перспективное ухудшение экологии в этих ареалах налицо. Потому что: а) никакое производство не застраховано от аварий и как следствие загрязнения окружающей среды; б) производство алюминия еще нигде и никогда не было экологически чистым, и определенные выбросы были и будут всегда; в) в странах с переходной экономикой негативный результат производства и его выбросов людям и окружающей среде адекватно капиталистами никогда не компенсировался.
И, наконец, вопрос социальной защиты рабочих. По заверениям руководства РУСАЛа, реализация проектов компании в Таджикистане, позволит дополнительно создать еще 10 тыс. рабочих мест. Если принимать во внимание, что на действующем ТадАЗе при его проектной мощности в 500 тыс. тонн и нескольких вспомогательных производствах числятся по различным оценкам от 8 тыс. до 10 тыс. сотрудников, то поверить, что новый завод в три раза слабее и строящаяся Рогунская ГЭС смогут дать столько мест, нелегко. Но даже если даже эти 10 тыс. рабочих мести будут созданы, еще неизвестно насколько они будут востребованы, так как уровень зарплат четко до сих пор не обозначен.
На одной из пресс-конференций таджикский министр с молчаливого одобрения руководства РУСАЛа сказал, что «зарплата местных рабочих составит столько, сколько они заработают, на то она и есть — заработанная плата». С таким подходом, неизвестно будет ли эта работа привлекательна для таджикского гастарбайтера, который худо-бедно научился находить хлеб в самой России. Пока же больше пахнет сокращениями, нежели созданием новых мест. В частности, в настоящее время в Турсунзаде в рабочих кругах активно обсуждается вопрос об осуществляемых РУСАЛом реконструкциях на местном заводе, где по имеющейся информации вводится новая система, «благодаря» которой часть людей останется на улице.
Есть и другая сторона этого вопроса. Большие деньги, как известно, несут в себе большую власть или связаны с властью. Нет гарантий, что сегодня обходительный РУСАЛ, выкупив главные объекты в стране, не станет холодным и прагматичным. То, что ТадАЗ станет собственностью группы Дерипаски можно и не гадать, и без Нострадамуса все ясно. В этом случае руководство компании сможет свободно избавляться от ненужных или больных работников в массовом порядке или в персональном – от недовольных, вводить свои правила. И никто, ни правительство, никто иной не сможет ничего возразить на это, так как здесь будет действовать правило частной собственности. А там, где будут «мешать» какие-то ограничительные моменты, типа антимонопольного законодательства или схожие, можно будет уладить «по-свойски», в конце концов, не зря наша страна занимает одно из первых мест по коррупции. И для чего РУСАЛу местные партнеры?
Один такой пример уже есть в Казахстане, где третьи по богатству в мире человек – Лакшми Митал выкупил Темиртауский металлургический завод. Теперь весь регион от него плачет…
Может быть, поэтому наученные горьким опытом, казахстанцы в лице своего посла Ерлана Абильдаева говорят, что для Таджикистана более выгоды инвестиции Казахстана и других нейтральных соседей, нежели крупных держав или корпораций, у которых в нашем регионе, помимо экономических, есть еще и геополитические интересы. А то, что инвестиции РУСАЛа в экономику нашей страны обусловлены геополитикой, ни у кого из людей сведущих сомнения видимо не вызывает.
Глава РУСАЛа Олег Дерипаска подписал соглашение о сотрудничестве с Таджикистаном в рамках общих российско-таджикских соглашений в ходе визита В. Путина в Душанбе осенью прошлого года. Возможно, российский президент через российскую военную базу выступил своеобразным гарантом его инвестиций в РТ.
Подтверждением тому могут служить и такие слова, написанные гендиректором Центра политической информации А. Мухиным в его книге «Особая папка Путина» (2004 год): «Все эти неприятности не отменяют итога развития группы Дерипаски: она находится на стадии динамичного подъема, идет создание разветвленного бизнеса, который будет охватывать многие отрасли промышленности и производства. Параллельно создается платформа для массового участия в «большой политике». В связи с этим Дерипаска, по всей видимости, решил перебраться поближе к президенту. Об этом косвенно свидетельствует открытие большого числа международных проектов, в которых В. Путин мог бы выступать в качестве лоббиста «Русала»»…
Эти размышления можно было бы продолжать и дальше, но вот стоит ли? Надеюсь, что все здесь сказанное останется лишь плодом моего воображения, и в реальности РУСАЛ будет тем самым локомотивом, который выведет таджикский поезд в светлое будущее. А пока же, рискну предложить PR-группе компании, которая считается одной из самых сильных в России, не перекармливать «аборигенов» одной только российской попсой или «суруди солами», а распространять культуру шире. Почему бы, например, не профинансировать открытие в столице одного современного кинозала или небольшой, но насыщенной современной учебной и познавательной литературой библиотеки и т.п. И главное – не афишировать оказываемой гуманитарной помощью детям-сиротам или пострадавшим от стихии. Иначе это уже не помощь, а обычная рекламная акция капиталиста, цель которой – все та же рента.
