Avesta.Tj | 03.05.2016 | Значительно возросшее
стратегическое значение Каспийского моря настоятельно требует от руководителей пяти прибрежных стран – России, Ирана, Азербайджана,
Казахстана и Туркменистана неотложного согласования и юридического оформления правового статуса этого уникального во всех отношениях
водоема и обеспечения в этом регионе коллективных мер безопасности. Ведь Каспий
располагается на стыке таких мировых центров, как Центральная Азии, Южный
Кавказ и Средний Восток, за политическое влияние в которых и за доступ к их
богатейшим минеральным ресурсам в последние годы основательно включились
внешние силы, прежде всего США и их партнеры в ЕС. Надо ли говорить о том, что
преследуемые ими эгоистические цели совершенно не сопрягаются с решением задач
по сохранению здесь стабильности и формированию климата доверия в отношениях
между расположенными в регионе государствами?
Эксперты обращают при этом
внимание на природную уникальность Каспийского моря, что всегда способствовало
и подогреванию политического интереса к этому региону. «Всевышний» наградил
этот водоем многообразием растений — свыше 500, более 850 видами рыб, из
которых около 30 имеют промысловое значение. Например, здесь находится около 90
процентов мировых запасов осетровых. Не обделен регион и запасами
углеводородных ресурсов, объем которых оценивается в пределах 18 млрд. тонн
условного топлива, из которых доказанные запасы составляют не менее 4 млрд.
тонн. Это второе место в мире по объёму запасов нефти и газа после Персидского
залива.
Казалось бы, плавное и неспешное
течение переговоров между заинтересованными сторонами о статусе Каспийского
моря оказалось теперь в центре внимания евразийского сообщества, если принимать
во внимание фактор ДАИШ на Ближнем Востоке и вовлеченность в борьбу с этим злом
крупных мировых сил – России, США и американских партнеров по НАТО. Военные
аналитики констатируют, что Каспийское море попало в фокус «горячего
интереса» не только пяти прибрежных
стран и заинтересованных в нефте- и газодобыче кругов, но и политических и
военных участников конфликта в Сирии. По их мнению, можно говорить о серьезных
изменениях в расстановке сил на Каспии, особенно в контексте участия России в сирийском конфликте и
использовании кораблей ее Каспийской флотилии для нанесения точечных ударов крылатыми ракетами
«Калибр» по военной инфраструкте ДАИШ.
Разумеется, за океаном это расценили в первую
очередь как угрозу своим «жизненно важным» интересам в регионе, как опасную для
Вашингтона возможность консолидации прикаспийских государств вокруг России,
способной и готовой быть не только гарантом «правового дележа» Каспия, но и
региональной безопасности. Ведь атлантисты давно держат в поле
зрения геостратегическое положение Каспийского моря и его природные ресурсы.
Еще в 1997 году этот регион объявлен зоной американских «национальных
интересов», что вписывается в энергетическую стратегию США, которая
предусматривает установление контроля над основными районами нефтедобычи,
официально именуемого «контролем над глобальным энергетическим равновесием»
Известно также, что Евросоюз активно ищет новые источники поставки
энергоресурсов.
В числе главных претендентов на
замещение российских поставок в Европе называются богатые углеводородами страны
Каспия. Один из таких целевых проектов – Транскаспийский газопровод, по
которому атлантисты планируют направлять туркменский и азербайджанский газ в
Европу, не скрывая при этом намерений при достижении договорённостей по этому
проекту отказаться «по политическим соображениям» от совместного с Москвой — «Южного
потока». И
все потому, что США, как постоянно твердит известный американский деятель Дик
Чейни, «имеют колоссальные интересы в Каспийском бассейне, в странах
Центральной Азии и Южного Кавказа, которые его окружают. Это − зона жизненно
важных политических, экономических и социальных интересов и задач Соединенных
Штатов».
Ничем оригинальным стратегия и
тактика американцев на Каспии, однако, не блещет, заключается в пресловутой
формуле – «разделяй и властвуй». Собственно, это не скрывают, к примеру,
приближенные к Белому дому аналитики из газеты «Вашингтон пост», призывающие
власти «закрыть глаза» на многочисленные нарушения прав и свобод человека в той
же Туркмении или Азербайджане, а сосредоточить усилия на раздувании
русофобских, антироссийских настроений в среде политической элиты этих
республик. В этом же контексте за океаном воспринимают и обострившийся
«замороженный» конфликт в Нагорном Карабахе, пытаясь интерпретировать его как
результат «стратегического и корыстного» влияния «руки Москвы», намеренной
взять под полный контроль ситуацию в регионе.
С какой, спрашивается, целью все это делается?
Понятное дело, чтобы не допустить участия прикаспийских столиц — Баку и
Ашхабада в совместных с Россией и Казахстаном международных проектах – ОДКБ или
ЕАЭС, обеспечить необходимые условия для выгодной атлантистам «энергетической
диверсификации» Каспия, минимизировать зависимость Европы от российского газа,
хотя это чревато для континента разорительными финансовыми затратами и усилением
политической зависимости от янки.
Эксперты подмечают, что США и их
некоторые европартнеры свои геостратегические и экономические интересы в
регионе намереваются подкреплять активным военным присутствием. Напоминают, что
ещё в 2003 году была принята разработанная Европейским командованием
вооружённых сил США программа создании специальной структуры – «Каспийской
стражи», основу которой должны составлять американские мобильные силы и
подразделения армий стран – участниц западных энергетических проектов. Эта
программа предполагает формирование подразделений специального назначения и
полицейских сил в прикаспийских странах для быстрого реагирования на
возникающие чрезвычайные ситуации и осуществление пограничного контроля. На
реализацию этой программы американцы выделили на текущий период до 130 млн. Эти
меры мотивируются «необходимостью защиты» западной энергетической
инфраструктуры, которая пока еще существует на бумаге или в головах оторванных
от реалий заокеанских политических и бизнес-элит, но нахраписто провоцирующих
процесс милитаризации Каспия.
Ведь помимо всего прочего авторы
милитаристского проекта «Каспийский страж» не оставляют намерений принять
активное участие в процессе «переоснащения и переобучения специальных,
пограничных и береговых подразделений» некоторых стран региона, в первую
очередь Азербайджана. На деле же – это всего лишь дымовая завеса, призванная
скрыть истинные замыслы янки в регионе — обеспечить долгосрочное военное
присутствие Пентагона на Каспийском море, а в будущем — и развертывание в
регионе постоянных военных баз заокеанской державы.
Вот почему все политические и
организационные мероприятия прикаспийских стран навести «правовой порядок» на
Каспии заокеанские власти склонны воспринимать как угрозу их «национальным
интересам», как стремление, в первую очередь Москвы и Тегерана, обеспечить
здесь свое политическое и экономическое верховенство. Эксперты в этой связи
напоминают о том, что в этом году в столице Казахстана – Астане запланирован V-й саммит глав прикаспийских
государств, который никак не вписывается в заокеанские планы дестабилизации
региона.
Эта встреча станет продолжением
той работы, которая была лидерами Каспийских стран проделана в сентябре 2014 г. на IV-м саммите в
Астрахани. По результатам прошлой встречи, как известно, было принято
политическое заявление, которое стало, по сути, программой действий
прикаспийских стран на промежуточный период. В этом документе из 19 пунктов было
зафиксировано положение, что большая часть акватории Каспия остается в общем
пользовании прикаспийских государств. В силу этого были исключены любые недоразумения
или основания для напряжённости в межгосударственных отношениях, которые раньше
могли появляться из-за разного толкования режима каспийских вод.
На период до принятия Конвенции о
правовом статусе Каспия был определен порядок и форма деятельности участников
саммита в этом регионе. В частности, было условлено, что эта «деятельность»
осуществляется на основе принципов, базирующихся на том, что каждая из стран
получает национальный суверенитет над прибрежным морским пространством в
пределах 15 морских миль и исключительные права на добычу водных биологических
ресурсов в пределах примыкающих к ней 10 морских миль, за которым следует общее
водное пространство. То есть, речь идет об уважении сторонами советско-иранских
Договоров от 1921 и 1940 гг.
Лидеры прикаспийских стран
условились тогда об уважении суверенитета, территориальной целостности,
независимости, неприменения силы или угрозы силой, невмешательства во
внутренние дела друг друга. Остается актуальной задача — превращения Каспийского
моря в зону мира, добрососедства, дружбы и сотрудничества, решения всех спорных
вопросов в этом регионе только мирными средствами. Одним из главных условий
достижения этих целей – «обеспечение стабильного баланса вооружений каждой из
сторон на Каспийском море, осуществление военного строительства в пределах
разумной достаточности с учётом интересов всех прикаспийских стран».
Были также согласованы и «принципы поведения»
сторон на Каспии. В числе прочих – недопущение присутствия в акватории этого
водоема иностранных вооруженных сил, а «местным судам» разрешалось плавание
исключительно под национальными флагами. Эксперты обращают внимание на то, что
пока данные принципы носят характер политических деклараций и станут юридически
обязательными только после принятия и ратификации сторонами Конвенции о
правовом статусе Каспия. Но даже в таком виде они ограничивают для
«посторонних» в регионе держав какие-либо возможности для «стратегических и
экономических маневров», которые могут представлять угрозу для национальных
интересов прибрежных государств.
Тем не менее, одной из важных
задач является создание механизмов совместного обеспечения региональной
безопасности на Каспии. Предполагается, в частности, создание координационного
штаба командующих флотов или представителей министерств обороны каспийской
пятерки, либо ситуационного центра для обмена информацией и выработки общих
подходов в борьбе с потенциальными рисками.
Так что, предстоящий саммит в
Астане, подготовка которого заметно активизировалась по причине и
ближневосточного кризиса, во многом станет определяющим, когда лидеры примут
наконец-то исторический документ – Конвенцию о статусе Каспийского моря. Вот
тогда и будет получен ответ на вопрос, станет ли Каспий на деле – оазисом мира
и добрососедства?
Виктор Барсов, публицист
Специально для «Авесты» и БиП
