Avesta.Tj | 11.06.2014 | Состоявшиеся
на днях в Южной Осетии выборы в парламент, по мнению экспертов, стали важным
этапом в развитии и совершенствовании институтов государственной власти и
гражданского общества в этой республике, народ которой при военной поддержке
России в 2008 году обрел полную независимость от тбилисских властей, до сих
пор, правда, не осознающих сложившиеся в регионе новые реалии и продолжающих
тешить себя реваншистскими иллюзиями.
В новый парламент прошли четыре
партии: «Единая Осетия» получила 20 из 34 мест, то есть 43,1
процента голосов, «Единство народа» — шесть мест, Народная
партия и партия «Ныхас» — по четыре места. Присутствовавшие
на выборах российские и другие иностранные наблюдатели констатировали
свободный и демократический характер народного волеизъявления, а президент
Южной Осетии Леонид Тибилов отметил, что выборы прошли в строгом
соответствии с национальным законодательством и в рамках международного
права. Руководство и активисты партии «Единая Осетия» уже предложили
общественности республики «дорожную карту» – «пять
последовательных шагов по вступлению в Россию». Впрочем, эта цель
была одной из приоритетных в программе партии, что, по мнению наблюдателей, в
значительной степени и обеспечила ей победу на выборах.
Но как игнорирование воли народа
республики прозвучало заявление генерального секретаря НАТО Андерса Фог
Расмуссена о том, что альянс, то есть все его участники во главе с Вашингтоном,
не признает выборы, которые, как считают «западные демократизаторы»,
«не способствуют мирному и прочному урегулированию ситуации
в Грузии». От имени Евросоюза ему же вторила Кэтрин Эштон, еще раз
подтвердив свою твердолобость и неспособность к восприятию политических уроков.
Можно не сомневаться, что позиция
западников была бы противоположной, если бы «Единая Осетия» заявила, скажем, о
присоединении к Грузии и вечной дружбе с альянсом. Именно такое развитие
событий в регионе отвечало бы стратегическим замыслам Вашингтона и НАТО на
Кавказе, но и на этот раз их замысел сорвался именно благодаря воле народа
Южной Осетии. Но это не означает, что Грузия теряет свою значимость для
вашингтонской политики в регионе. Наоборот, эта республика остается значимой
для НАТО опорной территорией в регионе, которую атлантисты намерены и далее
использовать для укрепления здесь своих позиций. Поэтому вопрос восстановления
территориальной целостности Грузии, то есть поглощения Южной Осетии и Абхазии,
будет постоянно обостряться.
Именно об этом и свидетельствовал
визит в Грузию высоких эмиссаров альянса, который «случайно» был приурочен к
парламентским выборам в Южной Осетии. А уже, очевидно, «в ознаменование» неудачных
для Запада исхода этих выборов на военном полигоне в Вазиани, недалеко от
Тбилиси, 9 июня начались грузино-американские военные учения «Agile Spirit
2014», которые, по сообщению агентства «Новости-Грузия»,
пройдут в три этапа и завершатся 19 июня. Как заявил заместитель главы
Объединенного штаба ВС Грузии Владимир Чачибая, «цель учений – повышение
качества взаимодействия между военными Грузии и США в операциях против
мятежников». Что называется, и «ежу понятно», каких мятежников держат
в своих головах американские и грузинские генералы.
Начавшиеся военные маневры, как и
участие Грузии в операциях НАТО и ЕС в разных регионах мира свидетельствует о
ее особом военно-стратегическом статусе для Североатлантического альянса, и
теоретически он, то есть этот статус, может сыграть решающую роль в пользу
принятия Грузии в блок. И соответствующее политическое решение будет зависеть
от развития стремительно меняющихся геополитических процессов на постсоветском
пространстве, в которых Грузии, очевидно, отводится роль плацдарма для
«подскока» сюда войск НАТО в случае возникновения кризисных ситуаций в регионе,
в том числе на иранском и сирийском направлениях.
Но пока в НАТО нет консенсуса не
только по приему Грузии в ряды альянса, но и по предоставлению этой стране
«плана действий по членству» (ПДЧ), что и отметила недавно помощник
госсекретаря США по вопросам Европы и Евразии Виктория Нуланд. Вместе с тем она
подчеркнула, что Вашингтон поддерживают предоставление ПДЧ грузинам, которым
«предстоит провести работу, чтобы убедить некоторых наших западных союзников,
что они этого заслуживают».
Действительно, побывавшие в
Тбилиси, незадолго до выборов в парламент Южной Осетии, министры иностранных
дел Франции и Германии — Лоран Фабиус
и Франк-Вальтер Штайнмайер —
заверяли грузинскую сторону, что на предстоящем в сентябре этого года саммите
НАТО в Уэльсе будут достойным образом оценены «интеграционные достижения»
Грузии. Но глава французской дипломатии подчеркнул, что речь пойдет не о
членстве Тбилиси в НАТО, а о «постепенном двустороннем сближении и
сотрудничестве». Это означает, что в Уэльсе Грузии стоит рассчитывать не на
«Дорожную карту» по вступлению в альянс, а только на очередной «Ежегодный план
действий», который никак не прописан в институциональных документах и не
подразумевает никаких обязательств со стороны альянса. Одним словом, речь может
идти о пустом, юридически ничтожном документе.
Не случайно, видимо,
представители альянса сочли за благо порекомендовать властям Тбилиси «мирно
решать проблемы Абхазии и Южной Осетии» и одновременно активизировать
переговоры с Москвой, что особенно важно с учетом сложившейся на Украине
обстановки». В Тбилиси все же весьма болезненно воспринимают уклончивую позицию
НАТО относительно приема Грузии в свои ряды в ближайшие годы, считая, что он
вызван нежеланием Запада втягиваться в конфликт с Россией из-за «оккупированных
территорий». «Но ведь Грузия полностью выполняет все обязательства,
накладываемые на страну аспиранта-НАТО», раздраженно заметила в этой связи
министр иностранных дел Майя Панджикидзе, имея в виду, в том числе, участие
грузинских войск в операции в Афганистане.
Некоторые же грузинские политики считают, что
компромисс в этом вопросе при желании Брюсселя может быть найден. По их мнению,
Грузия могла бы получить «Дорожную карту» с оговоркой, что «обязательства
Североатлантического альянса, предусмотренные пунктом пятым договора о
коллективной безопасности (согласно которому государства-члены НАТО
рассматривают вооруженное нападение на одного как нападение на всех)
распространяются только на территории, где реально осуществляется юрисдикция
центральных властей». То есть, в случае приема в свой состав Грузию, НАТО
продолжает признавать Абхазию и Южную Осетию грузинской территорией, однако
уклоняется от участия в решении этой «территориальной проблемы». Но такой
вариант вряд ли приемлем для Брюсселя, не готового к ревизии своего устава в
интересах и без того послушных грузинских властей.
Некоторые же эксперты высказывают
предположение, что на первый план для Тбилиси сейчас выходит не столько
членство в НАТО, сколько реинтеграция Абхазии и Южной Осетии, достижение
которой становится все более призрачной, фантомной целью. Хотя грузинские
власти дают понять, что именно альянс мог бы стать средством достижения этой
цели. Но с другой стороны, отмечают эксперты, вступление Грузии в НАТО с
огромной степенью вероятности активизирует процесс присоединения Южной Осетии к
России, а также нарастание интеграционных процессов в отношениях Москвы с Абхазией,
что противоречит стратегическим намерениям тбилисских властей и их западных
«советников».
Эксперт института Евразии Шота
Апхаидзе считает, что «политическая сила в Грузии, которая согласится на
вступление в НАТО без Абхазии и Южной Осетии, по существу приговорит себя к
самоликвидации», поскольку такой шаг не будет признан широкой общественностью.
Тем не менее, нельзя утверждать, что подобный вариант не рассматривается, к
примеру, в среде прозападной либеральной политической элиты, которая очень хотела
бы втянуть Грузию даже насильственным путем в состав НАТО. Но это будет очень
сложным делом, потому что в таком случае неизбежно значительное противодействие
грузинского общества, и вряд ли эта элита сможет продвинуть этот проект. На
сегодняшний день, полагает этот эксперт, ни одна партия в Грузии на такой шаг
не осмелится. К тому же не следует сбрасывать со счетов тот факт, что
русофобские настроения в Грузии отнюдь не носят необратимого и тотального
характера.
Следует иметь в виду, что активно
идею интеграции в НАТО и ЕС продвигает прозападная элита Грузии, представители
которой имеют свои меркантильные цели в отношении этих структур. Они работают
на грантах, которые в политических целях дают эти организации. Для них это не
идеология, а возможность делать прибыльный бизнес, что к национальным интересам
маленькой страны, ее народа имеет условное, абстрактное отношение.
Военные эксперты отмечают, что в
сознании грузинского общества начинает превалировать мнение, что идея
вступления в НАТО – не имеет практического смысла, поскольку альянс не в
состоянии гарантировать безопасность в регионе, что и продемонстрировал военный
крах режима даже насквозь проамериканского Саакашвили в августе 2008 года.
Выходит, атлантисты используют Грузию в своих целях — грузинские
военнослужащие, к примеру, принимают участие в различных операциях НАТО по
всему миру, в Афганистане, в частности, а взамен Тбилиси получает лишь обещания
о «сближении» с альянсом. Понятно, что Грузию пока не ждут в НАТО в качестве
полноценного участника еще и потому, что Запад хорошо представляет возможность
решительных ответных мер со стороны не только России, но и Ирана. Обе эти
страны никогда не смирятся с тем, чтобы на территории Грузии появились
натовские военные базы, угрожающие их безопасности.
Даже западная пресса отмечает,
что по большому счету Грузия, как во времена правления Саакашвили, так и при
нынешних правителях, остается для НАТО и Вашингтона стратегическим плацдармом
для решения своих военных и экономических задач в регионе, в частности, в целях
дестабилизации ситуации на Северном Кавказе и минимизации в этих условиях
влияния здесь России и других стран Содружества. Вашингтон также имеет в виду,
что грузинская территория – это кратчайший выход на Азербайджан и на Каспий,
где американцы были бы не прочь закрепиться, чтобы взять под контроль добычу и
транспортировку энергетических ресурсов.
Вот почему, считают эксперты,
«неугодные» американцам и НАТО результаты выборов в Южной Осетии, делают
призрачными и неопределенными расчеты на укрепление позиций Тбилиси в регионе,
а, следовательно, и на приобретение здесь собственных вожделенных
стратегических и экономических приобретений.
Виктор Барсов, публицист
Специально для «БиП»
