С недавних пор о новой газете «Фараж» заговорила вся страна. Смелые и объективные публикации, вскрывающие проблемы и недостатки в обществе, включая такие проявления, как коррупция, местничество и нарушении прав человека, сделали это издание одним из самых высоко тиражных среди «серьезной» прессы. В эти дни «братской» нам газете, совсем недавно входящей в нашу «семью», а сегодня полностью независимой и самостоятельной «расследовательнице», исполняется один год.
— Всех ваших читателей интересует история появления названия газеты. Откуда слово «Фараж» и почему именно оно?
— После того, как я покинул кресло главного редактора газеты «Зиндаги», у меня было много предложений создать новую газету на таджикском языке, но из всех, мне как журналисту, наиболее интересным мне показалось предложение Зафара Абдуллаева [гл. редактора «ФК» – от ред].
Сказано он было за чашкой кофе в кафе «Дуэт». Почему его? Потому что он сам когда-то работал в качестве редактора газеты на одного из известных сегодня таджикских журналистов, очевидно, из своего опыта знал, как лучше заинтересовать журналиста на аналогичную работу.
Он не был для меня идеалом журналиста, но до сих пор в русскоязычной прессе Таджикистана я не вижу ему конкурентов.
Зафар обещал, что не будет вмешиваться в процесс подбора команды новой газеты, навязывать название газеты. «Сам выбирай, самое главное, сдавай вовремя пленки [выведенные на пленки готовые номера издания – от ред], никакой цензуры не будет. Я тебе полностью верю», – сказал он.
Сегодня мои сотрудники — живые свидетели: Зафар приходил в нашу редакцию всего один раз, чтобы выдать нам новую оргтехнику. Не было ни цензуры, ни попытки какого-либо давления, только одно условие – пожалуйста, не приводи газету в суд.
Имя новой газете я подобрал чисто персидское слово — «Фараж»! Это означает лекарство от боли в животе. Что-то наподобие известного левомицитина: хоть наши публикации горьки на вкус, но в конечном итоге они призваны облегчать боль общества, излечивать его.
Все мои друзья по цеху, таджикские журналисты, были против такого названия. Они говорили, что имя «не звучит», но я отвечал: если мы настроены на поддержку курса государства, если хотим. Чтобы оно точно отражало нашу информационную политику, должно быть именно такое название.
— Говорят, что «Фараж» — это второй «Рузи нав». Так ли это или в чем разница?
— Я до сих пор всегда был вторым. «Фараж» — это «Фараж», «Рузи нав» — это «Рузи нав». Между мной и Раджабом Мирзо – главным редактором газеты «Рузи нав» существует ненаписанная договоренность: если я стану президентом, он должен стать вице-президентом и наоборот.
Когда Раджаб открыл свою частную газету «Рузи нав», то предложил мне пост первого зам. главного редактора. Я принял его предложение, оставив должность зам. главного редактора газеты «Точикистон».
Разница между «Рузи нав»-ом и «Фараж»-ом большая. Наша газета в основном направлена на выполнения своих уставных обязательств – проведение журналистских расследований. «Рузи нав» была общественно-политической газетой, широкого профиля, а у нас специфическое направление.
— Почему ваши бывшие коллеги по «РН» – Раджаби Мирзо и Фахриддин Холбек не работают вместе с вами? Ведь раньше часто говорили, что им не давали печататься. Теперь такая возможность есть у «Фаража»…
— И Раджаб, и Фахриддин иногда печатаются в «Фараже». Но сейчас они очень популярные журналисты, у них есть своя большая аудитория, и, конечно, это позволяет им рассчитывать на высокий гонорар. Я же не всегда могу заплатить такой, поэтому они пишут для других газет.
Кроме того, когда мы собрались вместе в «РН», некоторые считали это временным явлением. Потому, что у каждого из нас был свой стиль, имелся свой читатель: если мы все трое работаем для одной газеты, как быть другим газетам? И это не было преувеличением наших возможностей, всенародная популярность «РН» доказала этот факт.
— В последних номерах газеты много разоблачительных статей. Это потому, что новым владельцем стал Центр журналистских расследований?
— И да, и нет. Расследования мы печатали и раньше, но теперь на это ориентирована вся команда и ее деятельность, включая молодых журналистов, подготавливаемых Центром.
— Какую свою публикацию или серию публикаций Вы считаете самой сильной или такой, которой Вы могли бы гордиться?
— По этому поводу я могу следующее. Жаль, что мы не успеваем переводить на другие языки то, что у нас печатается на таджикском языке. Сегодня некоторые русскоязычные журналисты просто берут уголовное дело, перепечатывают его, ставя название «расследование». Если бы они знали, что такое расследование…
Считаю сильными большую часть наших расследований. До нас никто не писал о действиях Ризвона Садирова, Махмуд Худойбердиева, купли-продажи останков Энвер Паши в Балджуване, причинах смерти Махмуджона Вохидова, Муборакшо Мирзошоева, Мукаддас Набиевой, Тоджиддина Мухиддина, Мусо Исаева и др.
Последние время, кроме исторических и криминальных расследований, мы занимаемся и социально-экономическими расследованиями. На каждое расследование наши журналисты тратят минимум 3-4 месяца.
Поэтому прошу некоторых журналистов перед тем, как обозначать свои публикации «расследованиями», подумать прежде, не позорят ли они тем самым этот сложный жанр журналистики.
— Ваши планы на будущее?
— Хотел бы, чтобы журналистское расследование попало в телевизионный эфир. Хотел бы напечатать книгу сборников, проведенных нами расследований. Хотел бы «захватить» русскоязычную аудиторию, и чтобы наша новая команда из десяти начинающих журналистов нашла свое достойное место в таджикской журналистике.
Коллектив информационного агентства «Авеста» и редакции газеты «Факты и комментарии» поздравляют своих друзей и коллег из газеты «Фараж» с годовщиной деятельности и желает острого пера, отчаянности и стойкости перед лицом трудностей и угроз журналистской профессии.
