2 июля исполнилось 80 лет со дня рождения выдающегося таджикского художника, Народного художника СССР и Таджикистана Сухроба Курбанова — одного из крупнейших мастеров национального изобразительного искусства второй половины XX — начала XXI века. Его творчество давно вышло за пределы одной художественной школы или эпохи, став своеобразной живописной летописью истории, культуры и духовного мира таджикского народа.
Сухроб Курбанов принадлежал к поколению художников, которые формировали современное изобразительное искусство Таджикистана, опираясь одновременно на национальные традиции и достижения мировой художественной культуры. В его картинах древние орнаменты, восточная миниатюра, классическая персидско-таджикская литература и исторические образы соединялись с академической школой живописи и авторским взглядом мастера.
Сухроб Усманович Курбанов родился 2 июля 1946 года в Курган-Тюбе, нынешнем Бохтаре. После окончания Душанбинского художественного училища он продолжил образование в Московском государственном художественном институте имени В. И. Сурикова — одном из ведущих художественных учебных заведений того времени. В 1971 году Курбанов окончил институт по специальности «художник-монументалист».
Именно монументальное искусство стало началом его большого профессионального пути. Вместе с другими художниками Курбанов участвовал в оформлении крупных общественных зданий и промышленных объектов Таджикистана. Созданные при его участии произведения постепенно становились частью архитектурного пространства страны и сохраняли в себе характер эпохи.
Среди наиболее известных работ мастера — росписи Дворца «Вахдат» в Душанбе, гобелены Национальной библиотеки имени Абуабдулло Фирдавси, скульптурная композиция на фасаде Дома литераторов имени Мирзо Турсунзаде и мозаичное панно Нурекской гидроэлектростанции. Эти произведения невозможно рассматривать отдельно от зданий и пространства, для которых они создавались: монументальное искусство Курбанова становилось частью архитектуры и одновременно самостоятельным художественным высказыванием.
Однако наиболее полно внутренний мир художника раскрылся в станковой живописи. Именно здесь Курбанов получил возможность свободно обращаться к философским, историческим и литературным темам. Его полотна редко ограничивались изображением конкретного человека, события или пейзажа. За внешним сюжетом почти всегда скрывался более глубокий смысл — размышление о времени, памяти, судьбе народа и связи поколений.
Картины Сухроба Курбанова трудно спутать с произведениями других художников. Особое внимание он уделял свету и цвету, а также технике наложения мазка. По признанию самого мастера, собственный способ работы с живописной поверхностью он начал разрабатывать еще в годы учебы в Московском государственном художественном институте имени В. И. Сурикова.
В его произведениях цвет нередко становился самостоятельным языком. Он не просто формировал пространство или передавал настроение, а помогал раскрывать философское содержание картины. Композиция, пластика фигур, орнамент и даже небольшие детали подчинялись единому замыслу. Художник мог долго работать над полотном, добиваясь того, чтобы каждый элемент занимал свое место в общей системе образов.
Одним из важнейших источников его художественного языка были древние традиции таджикского искусства. Курбанов обращался к элементам техники кундаль, орнаментальной росписи и восточной миниатюры, соединяя их с принципами европейской академической живописи. Это сочетание позволило ему создать собственный узнаваемый стиль, в котором традиция не воспринималась как музейное наследие прошлого, а становилась живым материалом современного искусства.
Особое значение для Сухроба Курбанова имела персидско-таджикская классическая литература. Поэтические и философские мотивы произведений великих мыслителей Востока неоднократно находили отражение в его картинах. Художник обращался к образам Авиценны, Фирдавси, Бехзода и других выдающихся исторических личностей.
Портрет для Курбанова был значительно большим, чем попытка передать внешнее сходство человека. Художника прежде всего интересовал внутренний мир личности и ее место в истории.
«Надо учиться не только смотреть на людей, но и видеть, проникать в их духовный мир. Для художника-портретиста это исключительно важно. В своих портретах я пытаюсь показать связь времен и поколений, сказать, что великие люди принадлежат не только своему народу, а всему человечеству, мировой цивилизации», — говорил Сухроб Курбанов.
Эта мысль во многом объясняет масштаб его исторических произведений. Курбанов стремился рассматривать культуру Таджикистана как часть мировой цивилизации, а выдающихся деятелей прошлого — не только как национальные символы, но и как личности, чье наследие имеет универсальное значение.
Одной из вершин творчества мастера стал цикл из четырех монументальных полотен «Единое во множественном, множественное — в едином». Над этой масштабной серией художник работал почти два десятилетия — с 1992 по 2009 год.
Цикл стал своеобразной художественной летописью таджикского народа. Центральное место в композиции занимает образ великого Фирдавси и его бессмертной поэмы «Шахнаме». Вокруг разворачиваются исторические сюжеты, соединяющие разные эпохи, личности и события в единое повествование.
В этих полотнах Курбанов фактически предпринял попытку рассказать историю средствами живописи. Прошлое в его интерпретации не существовало отдельно от современности. Исторические образы вступали в своеобразный диалог друг с другом, а зрителю предлагалось самостоятельно искать связи между эпохами и символами.
Сам художник называл свои масштабные триптихи «романами на языке изобразительного искусства». Это определение точно передает характер его творчества. Многие произведения Курбанова действительно требуют длительного и внимательного прочтения. Их невозможно полностью понять при беглом взгляде — детали, символы и цветовые решения постепенно раскрывают заложенную автором мысль.
Творчество Сухроба Курбанова получило признание далеко за пределами Таджикистана. Его произведения представлены в известных музейных собраниях. Работы художника находятся в Государственной Третьяковской галерее и Государственном музее искусств народов Востока.
Особая история связана с картиной «Восточные купола». Произведение Сухроба Курбанова было подарено президентом Таджикистана Эмомали Рахмоном нью-йоркскому Метрополитен-музею. В галерее художника сохранился сертификат от ноября 2003 года, подтверждающий передачу картины музею.
Произведения Курбанова также находятся в частных коллекциях известных политических и общественных деятелей. В архивных материалах упоминаются бывший генеральный секретарь ООН Кофи Аннан, президент России Владимир Путин, Валентина Матвиенко, бывший президент Пакистана Первез Мушарраф, королева Иордании Нур, космонавты Валентина Терешкова и Юрий Батурин, а также бывший глава Международного олимпийского комитета Хуан Антонио Самаранч.
О широком круге людей, интересовавшихся творчеством мастера, свидетельствует и книга посетителей галереи «Сухроб Арт», которая хранится в мастерской художника. В ней оставили записи известные государственные, общественные и культурные деятели.
Среди гостей галереи были президент Таджикистана Эмомали Рахмон, принц Ага Хан, королева Иордании Нур, первая женщина-космонавт Валентина Терешкова, Народный артист СССР Иосиф Кобзон, российские дипломаты Максим Пешков и Игорь Лякин-Фролов и многие другие.
Особые отношения связывали Курбанова с Валентиной Терешковой. Они были знакомы еще со времени, когда оба являлись народными депутатами Верховного Совета СССР. Эти связи, как и многочисленные международные контакты художника, отражали еще одну важную сторону его деятельности — стремление представить таджикское искусство в широком культурном пространстве.
На протяжении многих лет Сухроб Курбанов возглавлял Союз художников Таджикистана. Он был членом Международной конфедерации художников, имел тесные профессиональные связи с художественными кругами других стран. Курбанов был почетным членом академий художеств России, Украины и Кыргызстана, являлся почетным профессором Шанхайского университета и Художественного института Нанкина.
Его заслуги были отмечены высокими государственными и профессиональными наградами. Курбанов был удостоен званий Народного художника Таджикской ССР и Народного художника СССР, стал лауреатом Государственной премии Таджикистана имени Абуабдулло Рудаки и премии Ленинского комсомола. Среди его наград также Золотая Пушкинская медаль России.
Сухроб Курбанов скончался 10 мая 2016 года в Душанбе, не дожив менее двух месяцев до своего 70-летия. В тот день была запланирована церемония вручения ему почетного знака Министерства иностранных дел России «За особый вклад в международное сотрудничество».
Награда была присуждена художнику посмертно. Впоследствии ее передали вдове Курбанова. На церемонии российский посол Игорь Лякин-Фролов назвал его выдающимся художником мирового уровня и отметил присутствие его произведений в известных музейных собраниях.
Искусствовед Лариса Додхудоева тогда отмечала, что награждение Курбанова было закономерным итогом его многолетней деятельности. По ее словам, художник и как руководитель Союза художников Таджикистана, и как мастер стремился выйти за узконациональные рамки и интегрировать таджикское искусство в мировое культурное пространство.
В последние годы жизни художественный язык Курбанова продолжал меняться. Он все чаще обращался к декоративной живописи. Его палитра становилась ярче, композиции — лаконичнее, а образы приобретали особую выразительность.
Серии «Павлины», «Композиция», «Вишня», «Два попугая», «Падающие вишни» и многочисленные пейзажи показывают художника, который даже после десятилетий профессиональной работы не переставал экспериментировать. Он продолжал искать новые сочетания цвета, формы и ритма, словно каждый новый холст ставил перед ним очередную художественную задачу.
Спустя десять лет после смерти мастера интерес к его наследию сохраняется. 22 мая 2026 года в Национальном музее Таджикистана открылась персональная выставка произведений Сухроба Курбанова «Мыслю — значит существую».
Выставка была организована по инициативе Министерства иностранных дел Таджикистана при поддержке Министерства культуры и исполнительного органа государственной власти Душанбе в рамках празднования 35-летия Государственной независимости страны. На открытие пришли представители научных и культурных кругов, дипломатического корпуса и общественности.
Само название выставки — «Мыслю — значит существую» — точно перекликается с характером творчества Курбанова. Его живопись была прежде всего размышлением — о человеке и времени, прошлом и будущем, культуре, памяти и месте народа в истории.
Для Сухроба Курбанова художник не был простым наблюдателем окружающего мира. Живопись становилась способом осмысления действительности, а холст — пространством, в котором могли встретиться разные столетия, исторические личности, литературные герои и современники.
Те, кому доводилось видеть мастера за работой, вспоминали его как человека, полностью погруженного в процесс создания картины. В мастерской, окруженный полотнами, он мог часами работать над очередным произведением, внимательно выстраивая композицию и добиваясь необходимого звучания цвета. В такие минуты, по воспоминаниям современников, Курбанов был похож не только на художника, но и на мыслителя и философа.
2 июля 2026 года исполнилось 80 лет со дня рождения Сухроба Курбанова. Десять лет его нет в живых, однако созданные им произведения продолжают существовать в музеях, галереях, общественных зданиях и частных коллекциях. Его монументальные работы стали частью архитектурного облика Таджикистана, а живописные полотна сохранили авторский взгляд на историю и духовную культуру народа.
Наследие Сухроба Курбанова трудно измерить количеством картин, наград или выставок. Его главное достижение заключается в создании собственного художественного языка — узнаваемого, глубокого и тесно связанного с культурой Таджикистана.
Он сумел соединить традиции Востока и европейскую академическую школу, древнюю миниатюру и современную живопись, историческую память и личное философское размышление. В его произведениях прошлое не превращалось в неподвижный музейный экспонат — оно продолжало жить, вступать в диалог с настоящим и говорить со зрителем.
Сухроб Курбанов оставил после себя большое художественное наследие и память о мастере, для которого искусство было формой мышления и способом разговора с миром. Спустя годы его картины по-прежнему требуют от зрителя не только смотреть, но и видеть — именно так, как когда-то требовал от самого себя художник.
И, возможно, именно в этом заключается главное свойство настоящего искусства: художник уходит, но созданный им мир продолжает жить, задавать вопросы и открываться новым поколениям.
