Avesta.Tj | 29.08.2016 | Эта страна, вопреки расхожим, поверхностным мнениям, едва ли не изобилует нефтью и газом. Но в середине августа были распространены сообщения, что российская сторона прекращает исследовательские работы на нефть и газ на значительной площади в Таджикистане. Точнее речь идет об участках Сарикамыш и Западный Шохамбары. Ранее были прекращены аналогичные работы на участках Саргазон и Ренган. То есть Таджикистан должен остаться заложником импорта нефти, газа и продуктов переработки?
Такая ситуация едва ли способствует экономическому, точнее политико-экономическому укреплению крайнего юга СНГ и ОДКБ, да и ЕАЭС. Ибо вступление Таджикистана в ЕАЭС, как сообщал и «Ритм Евразии», не снято с повестки дня.
Отметим два немаловажных фактора. Во-первых, «Газпром» работает в стране с мая 2003 г. в рамках, подчеркнем, 25-летнего соглашения «О стратегическом сотрудничестве в газовой отрасли» с правительством Таджикистана, и тут не сокращать, а увеличивать надо масштабы российской нефтегазоразведки. А во-вторых, на этом фоне китайская нефтазовая госкорпорация CNPC недавно подтвердила, что четвертая нитка (D) газопроводной системы Центральная Азия–КНР запланирована через Таджикистан и, возможно, через Киргизстан. Воистину свято место пусто не бывает! По имеющейся информации, проводятся консультации с китайской стороной о способах оплаты транзита газа. Не исключено, что это будет сам газ.
Напомним, что еще в сентябре 2013 г. лидеры Китая и Туркменистана договорились о строительстве этой 4-й нитки первоначальной инвестстоимостью в 800 млн. долл. Сперва эту артерию планировалось ввести в действие к началу 2017 г. Но по техническим и финансовым причинам этот срок предварительно перенесен на 2018-2019 гг. А только ли эти причины влияют на динамику создания данной артерии?
Отметим в этой связи, что большинство крупных месторождений в Туркмении были разведаны еще в до- и послевоенный период в СССР, но так и не были в должной степени освоены. Сказались, в том числе, возражения со стороны ряда влиятельных чиновников тогда еще советского Узбекистана. Географически попасть в Таджикистан туркменский газ может только через сопредельный Южный Узбекистан (Сурхандарьинскую область).
Примечательно и то, что в Узбекистане последние официальные новости по данному проекту датируются апрелем текущего года. Тогда в сообщении национальной холдинговой компании «Узбекнефтегаз» отмечалось, что компания планирует к концу 2016 г. завершить подготовку предварительного ТЭО проекта строительства четвертой нитки газопровода в КНР. Но о результатах до сих пор не объявлено.
В то же время в Таджикистане строительство местного участка «D» было начато в срок: еще осенью 2014 г. CNPC и ОАО «Таджиктрансгаз» договорились о создании этой магистрали и начали ее строительство. Если точнее, то по основному проекту трасса будет идти с юга Узбекистана по Таджикистану до границы Кыргызстана, а из юго-восточного Кыргызстана она выйдет в близлежащий г. Кашгар (КНР). Где и будет подключена к общекитайской газовой системе. Этот проект, хотя и реализуется, но пока не закончен.
Второй вариант – это прямой выход туркменского газа в КНР через Таджикистан, что на 15-20% сократит расходы в сравнении с таджикистанско-киргизским, более протяженным (примерно на 15%) вариантом. Но Киргизия тоже остро нуждается в энергоносителях, а ее политико-экономические взаимоотношения с некоторыми «нефтегазовыми» соседями по СНГ, как известно, весьма сложны.
Тем временем число стран-поставщиков нефте- и газопродуктов в Таджикистан растет, что, в свою очередь, не может не усиливать здесь позиций этих стран, особенно Китая и Ирана. Пока доля РФ в этих поставках – около 70%, но она может понизиться. А некоторые центральноазиатские эксперты задаются вопросом: почему компании РФ менее активны в нефтегазоразведке в стране, но куда более энергичны в сфере поставок Таджикистану означенного сырья и продуктов его переработки? Может, имеются некие влиятельные круги и не только в Таджикистане, заинтересованные в сохранении постоянной и притом значительной зависимости этой страны от импорта энергоносителей? К слову, эта тема обсуждалась в Москве 18 марта с. г. на международной конференции «Россия и Центральная Азия в XXI веке».
Между тем информагентство «КИРТаг» (Киргизстан) еще в середине апреля с.г. сообщило, что в Канибадаме (северо-запад Таджикистана) недавно введен в действие НПЗ, призванный на 10-15% сократить объем импорта страной нефтепродуктов. Его инвестстоимость составила почти 500 тыс. долл. Ежегодная мощность предприятия – до 75 тыс. тонн по сырой нефти, поступающей на этот НПЗ в основном из Казахстана. Готовая продукция представлена бензинами, дизтопливом, мазутом и сжиженным нефтяным газом. По данным Кeview.uz (Узбекистан), это первый в стране завод по глубокой переработке нефти.
По данным кандидата технических наук Салмона Табарова (г. Душанбе), в Таджикистане преобладают запасы «тяжелой» нефти, крупных месторождений такого профиля здесь семь – на севере, юго-западе и в центральном районе страны. Большинство разведанных месторождений «тяжелой» нефти «до настоящего времени не эксплуатируются из-за высокого содержания в них серы, малого содержания бензиновых фракций, высокого уровня коксуемости».
Тем не менее в стране все более активно работают, образно говоря, «дальнезарубежные» нефтегазовые компании. И понятно почему. В 2012-2013 гг. сообщалось об исследовании Gustavson Associates (США), согласно которому до 35 тыс. кв. км месторождений в Таджикистане (то есть до четверти территории страны) содержат извлекаемые запасы в 27,5 млрд. баррелей нефтяного эквивалента. А потенциальные запасы включают 114 трлн куб. футов природного газа и суммарно 8,5 млрд баррелей нефте- и газосырья. Лицензии на разведку и обустройство этих месторождений – у Tethys Petroleum (Канада).
Посол Таджикистана в РФ Иммомуддин Сатторов еще в мае 2015-го уточнил автору, что «среднесуточная добыча нефти составляет до 85 тонн, а газа – около 55 тыс. кубометров». Хотя в стране «насчитывается более 100 перспективных площадей, где целесообразны нефтегазовые геологоразведочные работы. Поскольку прогнозные запасы нефтегазового сырья на этих площадях оцениваются более чем в 1 млрд. тонн условного топлива. Но основная часть этого сырья залегает на глубинах в 5-7 тыс. метров, что требует капиталоемких добывающих технологий. Относительно географии месторождений нефти и газа: до 80% расположены на юго-западе страны, остальные – в северном Таджикистане».
Г-н посол также добавил, что таджикская сторона «сотрудничает в доразведке и освоении этих ресурсов с «Газпромом», французской «Тоталь», китайской CNPC, рядом других зарубежных компаний. Достижение максимально возможного уровня самообеспечения топливной продукцией – одна из актуальных задач национальной экономической политики». «Отмечу, – подчеркнул дипломат, – что основную часть спроса страны на нефтепродукты обеспечивают поставки из России, а газа – из Казахстана и Узбекистана». В скобках заметим, что в основном по политическим причинам поставки узбекского газа в Таджикистан периодически прерывались до последнего времени.
Небезынтересно, что североафганская нефть, по данным Минэкономразвития и торговли Таджикистана, тоже будет перерабатываться в этой стране – на НПЗ в г. Дангара (южнее Душанбе). Это четвертый завод такого профиля в Таджикистане. Отметим, что этот НПЗ сооружает китайская компания Heli (дочернее предприятие CNPC). Его первую очередь годовой мощностью до 500 тыс. тонн по сырью намечено ввести в действие к концу 2016 г. – началу 2017 г. Вторая очередь (сдача запланирована к декабрю 2017 г.) увеличит мощность завода по сырью до 1,2-1,3 млн тонн/год.
Здесь будут производить бензин марок Евро-3 и Евро-4, дизтопливо, битум строительный, дорожный парафин и сжиженный газ. Сырье на этот НПЗ будет ввозиться из Афганистана, РФ и Казахстана. В перспективе в случае освоения крупных запасов нефти и газоконденсата в стране это сырье тоже будет поставляться на таджикистанские НПЗ.
Характерно и то, что в стране быстро увеличивается производство нефтепродуктов. Как сообщает CA-NEWS (Киргизстан, 17 августа с. г.), около 70 тыс. тонн нефтепродуктов произведено в Таджикистане за январь-июль с. г. Это на 30,3% больше по сравнению с тем же периодом 2015 г. (таковы данные Агентства по статистике при президенте Таджикистана). За 7 месяцев этого года в стране произведено более 2,2 тыс. тонн дизельного топлива, что в 1,6 раза больше показателя аналогичного периода 2015 г. Производство бензина (396 тонн) выросло почти на 14%, мазута (около 3,7 тыс. тонн) – на 30%.
Все эти цифры показывают, что Таджикистан вполне может стать важным звеном в нефтеобеспечении южного фланга ОДКБ (а возможно, и ЕАЭС, если страна вступит в этот союз). Ибо он, повторимся, располагает немалыми нефтегазоресурсами, активно развивает нефтепереработку. А с учетом фактора военно-политической географии развитие таджикистанской нефтегазоиндустрии тем более имеет стратегическое значение и для Душанбе, и для Москвы.
Источник «Ритм Евразии»
