Avesta.Tj | 10.12.2015 |
Казалось бы, что
в отношениях между Ираном и Таджикистаном все должно быть безоблачно гладко. В январе
1992 г. в Душанбе подписано таджикско-иранское соглашение об установлении
дипломатических отношений, и первым иностранным диппредставительством в
независимом Таджикистане стало посольство Ирана. Между странами действует более
сотни соглашений о сотрудничестве в различных областях экономики и культуры. На
территории Таджикистана успешно работают около 160 иранских компаний. В
перспективе открытие ещё нескольких совместных проектов. Ежегодный товарооборот
между странами приближается к $200 млн. Сближению стран способствует языковая, национальная, культурно-духовная общность их граждан,
активно сотрудничающих в
рамках Персоязычного союза. Научные исследования истории таджикского и иранского народов доказали,
что они происходят из единого сообщества арийских племен. Представители общего
этноса — А.Рудаки, А.Фирдоуси, О.Хайам, Авиценна и др. внесли выдающийся вклад
в мировую цивилизацию.
Официально Иран позиционирует себя братским, этнически близким
Таджикистану государством, заявляя, что «Иран и Таджикистан будут совместно
предотвращать вызовы безопасности региона, хотят здесь мира и стабильности». Таджикистан
основными общими интересами также считает безопасность, многостороннее
региональное сотрудничество и следует данному курсу. Власти РТ не побоялись открыто
поддержать создание ядерной программы Ирана — иметь под боком соседа,
утверждающего, что владеет исключительно мирным атомом. В этом тандеме Иран
оказался слабым звеном.
В реальности, динамично развивающимся двусторонним государственным
отношениям грозят планомерные попытки экспорта исламской революции и идеологии
шиитского клерикализма в Таджикистан. С избранием
президента Хасана Рухони наметились резкие изменения в иранской внешней
политике. Заявление политического
деятеля аятоллы Саида Харрози, обещавшего вернуть Ирану земли «великой Персии»
– Таджикистан, Армению и Азербайджан, в сентябре с.г. вылилось в
террористическую угрозу, желание вернуть таджикско-иранские отношения на
уровень 1991-1994 гг., когда попытки вооружённой религиозной экспансии
со стороны Ирана достигли своего пика и обострили гражданское противостояние в
РТ.
В то время молодое
таджикское государство не имело практики противодействия религиозной агрессии,
и спецслужбы ИРИ настойчиво стремились навязать ему свой опыт исламской революции,
создать в Центральной Азии новое шариатское государство. Вооруженные
группировки Объединенной таджикской оппозиции, в том числе ПИВТ, поддерживаемые
и спонсируемые иранскими спецслужбами, пытались прийти к власти, не считаясь с
принесёнными человеческими жертвами и разрухой. В иранских городах Тегеран,
Гургон, Кум, Карадж спецслужбы оборудовали диверсионно-террористические лагеря
для целевой подготовки боевиков ОТО. Государственные иранские медресе Кума и Гургона до последнего времени обучали
граждан РТ по рекомендации ПИВТ. С подачи Тегерана, обученные иранскими
инструкторами террористы, убивали в Таджикистане видных государственных
деятелей, ученых, журналистов.
В 90-е гг. насильственный экспорт «ценностей» иранской
революции в Таджикистан провалился ценой пролитой крови. Но его организаторы и
исполнители из местных и иранских исламистов до настоящего времени не теряли
надежды оказывать влияние на обстановку в Таджикистане. Через два десятка лет,
в сентябре 2015 года они планировали повторить в РТ вооружённое свержение светской
конституционной власти руками А.Назарзода и М.Кабири, направив на эти цели $ 1
млн. 200 тыс. Очередная попытка государственного переворота, организованная
верхушкой ПИВТ под непосредственным руководством и при финансировании из ИРИ, обнажила
«подводные камни и течения» в отношениях братских народов.
Наряду с мирными иранскими инициативами, инвестициями в
экономику и гуманитарные сферы Таджикистана, власти ИРИ другой рукой оплачивают
и руководят радикальными преступными группировками, спонсируют теневой бизнес, под
крышей которого активно действуют политические, идеологические и военные миссионеры
Тегерана. Замыслы и планы иранских спецслужб с 90-х гг. не изменились. ИРИ разместила
в РТ мощную разведывательную структуру в рамках благотворительных фондов (в
т.ч. Хомейни), сети «Исламского культурного центра», научных организаций, Банка
развития иранского экспорта, подставных фирм и дипломатического ведомства.
Внимание Тегерана концентрировалось на максимальном
укреплении позиций ПИВТ, расширении ее кадровой, пропагандистской и финансовой
базы. В течение более полугода перед попыткой военного госпереворота в РТ, его
потенциальным участникам ежемесячно выплачивался аванс за предстоящую «работу».
За экстремистской деятельностью ПИВТ на протяжении всех этих лет стоял Корпус
стражей исламской революции (КСИР) и Высший совет национальной безопасности
(ВСНБ), выполняющие стратегическое руководство террористической сетью. Тесные связи
между ПИВТ, признанной Верховным
Судом РТ террористическо-экстремистской организацией, и иранскими
исламистами вновь принесли человеческие жертвы и дестабилизацию социальной
обстановки в сентябре с.г.
Показательно, что после провала попытки вооружённого
государственного переворота в Таджикистане, из посольства Ирана моментально
были переведены несколько сотрудников различного ранга. На их место пришли
другие: со схожими целями и задачами небезопасными для Таджикистана, с
возможностями тратить огромные средства на дестабилизацию в обществе. Им
придётся искать новых исполнителей политического заказа, так как, старые — под
следствием, в бегах, в международном розыске. В данной ситуации ИРИ рассчитывает
на трудовых мигрантов, выпускников теологических учебных заведений и диверсионно-террористических
лагерей, волонтёров из формирований «ИГ». Иранские террористические структуры
опираются на работников мечетей, культурных и благотворительных организаций,
бизнесменов. Большинство подпольных экстремистских групп находятся в «спящем»
режиме ожидания, активизируясь по приказу из Тегерана.
Иран в качестве генератора, проводника, спонсора мирового
терроризма играет для Запада и США хорошую службу, начиная с исламской революции 1979 года.
Тегеран рассматривает терроризм как законный способ «очищения ислама и борьбы с
неверными». С 1983 г. руководство Ирана поставило террористическую деятельность
на прочную организационную основу, которая практикуется в целях свержения
светских режимов в мусульманских странах.
Какие ещё сюрпризы, опасные для
окружающих, ссорящие
народы, но приятные для Запада и США, готовит этническим братьям
и соседям Иран?
По аналогии с Гомером, поведовавшем
о племенах данайцев, хитростью,
с помощью деревянного коня захвативших Трою, актуально звучит современное предупреждение
«бойтесь иранцев, дары приносящих»!
Ризо Кухистани
