Avesta.Tj | 23.10.2014 | Генерал-майор запаса Сергей Миненков
рассказал, как в 1992 году разведчики 201-й мотострелковой дивизии эвакуировали
посольство США из воюющего Душанбе.
Своими
воспоминаниями генерал в отставке, принимавший участие в той операции, поделился
с сайтом телеканала «Звезда». В частности, генерал Миненков рассказал следующее:
«Время было веселое. Офицерам
тогда не платили по полгода, а Таджикистан считался черной дырой. На аэродром
«Чкаловский» приехали 14 офицеров из трехсот отобранных, шестеро написали
рапорта на увольнение прямо на взлетке. Но я давал присягу. Жену с двухмесячным
сыном оставил в России, а сам полетел.
В разведбате 201-й дивизии меня,
старшего лейтенанта, назначили командиром разведывательно-десантной роты.
Вместе с нашими пограничниками мы держали от прорывов моджахедов границу с
Афганистаном. Тогда был самый пик гражданской войны между «вовчиками» и
«юрчиками». «Вовчики» — ваххабиты, «юрчики» — выступали за светскую власть,
идеалом для их вождя, вора в законе Сангака Сафарова, был Юрий Андропов.
Власть переходила из рук в руки,
кровь лилась — немерено. 60 тысяч убитых, миллион беженцев. Жертв было бы
намного больше, если бы не наша дивизия. Самых оголтелых успокаивали мы.
В октябре 1992 года случилась
очередная попытка переворота. В Душанбе, где тогда правили ваххабиты, утром
вошли отряды гиссарских боевиков главы «Народного фронта» Сафарали Кенжаева.
Днем комбата Хасанша Баксанова и меня вызвал комдив — полковник Мухритдин
Ашуров. Хороший был командир, он потом за вторую чеченскую Героя России
получил. Объяснил задачу: госдепартамент США обратился к Кремлю с просьбой
спасти сотрудников своего посольства, вывезти их на аэродром к самолету.
Гостиница «Октябрьская», где размещалось посольство, оказалась в самом центре
боев.
Я сказал, что справлюсь
силами своей роты. Взял два взвода бойцов, сам поехал на первом БТР. На
замыкающей, третьей, «коробочке» старшим назначил прапорщика Сергея Шархеля.
В Душанбе был слоеный пирог
из «вовчиков» и «юрчиков». Но по нам они не стреляли, понимали, что будет
ответка. Объезжая валявшиеся на дороге трупы, мы почти добрались до гостиницы,
как вдруг на перекрестке рядом с центральным универмагом по колонне начали
стрелять из гранатометов. Первые два БТР проскочили площадь, а третий боевики
отсекли плотным огнем.
У Шархеля — иконостас боевых
наград за Афганистан. Сергей спрыгнул с брони и начал отщелкивать прятавшихся
за деревьями гранатометчиков. Здесь и мы, развернувшись, подъехали. Разведчики
быстро очистили район, боевики убежали — кто в живых остался. У нас был один
раненый: солдата-срочника зацепило в руку.
Мы вывезли из посольства 25
человек. Половина из них — охрана. Страшно перепуганная, все попросились под
броню. Первым забрался в десантное отделение БТР посол. Смешной такой человек —
в джинсах и большой меховой шапке, похожей на папаху. А вообще-то тепло было,
градусов 20.
Мы разместились наверху и
рванули в аэропорт. Там на наших глазах сел огромный С-130, «Геркулес». Из него
выскочил хваленый американский спецназ и сразу занял оборону прямо под
крыльями. Таджикские военные рты пораскрывали от изумления, а наши хохотали: в
аэропорту было абсолютно тихо. Мои бойцы быстро «расстреляли» у американцев
сигареты — с ними у нас было туго. Посол помахал нам рукой, и С-130 улетел.
Я уже был замкомдива, когда через
десять лет меня пригласили на торжественный прием в посольстве США. Посол, уже
другой, поблагодарил российских солдат за спасение американских дипломатов,
сказал, что это был очень ощутимый знак дружбы и сотрудничества между нашими
правительствами и народами».
