Avesta.Tj | 23.07.2014 | Относительно
украинского кризиса сразу следует определиться с понятиями. Кризис на Украине
не гражданская война, как утверждает российская пропаганда, это вооруженная
борьба двух олигархических кругов, двух режимов В.Путина и П.Порошенко за
передел сфер влияния и бизнес интересов.
Украинский конфликт не что иное,
как борьба украинского и российского капитала, имеет ярко выраженный
антинародный, антигуманный характер. Спецификой украинских событий является тот
факт, что участниками военных действий зачастую выступают наемники, бандиты,
уголовники и неадекватные элементы. В таких условиях весьма сложно говорить о
соблюдении законов и обычаев войны.
Разные патриотические лозунги за
независимость, суверенитет с одной стороны, также как, самопровозглашение
Донецкой и Луганской народных республик и права местного населения с другой
стороны – пропаганда и ширма для прикрытия истинных целей двух сторон –
подчинить своему влиянию юго-восток Украины и его природные ресурсы. Никакие
псевдопатриотические речи лидеров двух государств не могут оправдать смерть
мирных жителей Украины и России, а также пассажиров сбитого Боинга.
Тем временем конфликт приобретает
все более долгосрочную форму, постепенно превращаясь в самое худшее подобие
палестино-израильского конфликта.
Становится совершенно очевидно,
что российское руководство вполне устраивает затяжной характер войны на
Украине, потому что события на фронтах, кровь и трупы весьма эффективно отвлекают
общественное сознание от накопившихся внутренних проблем в России, среди
которых масштабная коррупция, воровство, падение рейтинга исполнительной
власти, сложная социально-экономическая ситуация, усиление оппозиционных
настроений и «брожение» в интеллектуальной части общества. Не говорим о фактах
открытого проявления национализма и фашизма.
Для новоиспеченного президента П.Порошенко
кризис необходим для укрепления собственного авторитета, установления и
законодательного закрепления единоличной тоталитарной власти на Украине. Кроме
командования на фронтах П.Порошенко одновременно внимательно зачищает для себя
политическое пространство, обезвреживая оппонентов и конкурентов.
Вообще, строго говоря, если бы
стороны хотели найти мирное решение, то это давно бы случилось, украинская и
российская официальные делегации не вылазили бы из Брюсселя и Берлина в поисках
взаимоприемлемого решения, но практика показывает и доказывает обратное.
Крушение и падение малазийского пассажирского
борта на территорию Украины кардинально меняет военно-политическую обстановку.
Если рассматривать ситуацию с точки зрения геополитики вовсе не важно, кто сбил
самолет – «патриоты» России либо Украины. Кризис перешел на новый,
международный уровень, перерос в многосторонний формат с подключением многих
солидных международных структур.
С точки зрения внешнеполитических
перспектив война для России будет иметь самые негативные последствия на
международной арене. РФ уже сейчас стремительно теряет вес в международных
организациях, таких как ООН, ОБСЕ, ОДКБ, ШОС и др.
Среди основных «достижений»
внешнеполитических действий Кремля следует упомянуть опасную конфронтацию с
Западом, серию санкций Евросоюза. Среди «успехов» — заморожен диалог с
Североатлантическим альянсом, ушла в небытие группа G7, все меньше остается партнеров среди
близкого окружения.
Активное участие России в
украинском кризисе самым негативным образом отобразится на интеграционном
процессе, локомотивом которого выступает тройка – Россия, Беларусь и Казахстан.
Проект создания Евразийского экономического союза и без того был достаточно
проблематичным.
Авторитет и влияние Москвы как
ключевого игрока последовательно снижается на постсоветском пространстве,
особенно в делах Центральной Азии. Вообще возможностей говорить о ключевой роли
России в Центральной Азии в последнее время становится все меньше. Россия
удивительно быстро и главное результативно проигрывает США и Китаю в
информационной войне на основных направлениях взаимодействия в ЦА.
К сожалению, военное присутствие
РФ в Центральной Азии, на чем делается ставка и о чем неусыпно заботится
российское руководство, становится менее значимым фактором для поддержания
стабильности в регионе. Вопросы обеспечения безопасности в Центральной Азии
сейчас переходят в иную плоскость, и обуславливаются, прежде всего, динамичным
и успешным развитием национальных экономик всех государств. На этом, в
принципе, и выстраивается стратегия экономической экспансии Китая, сердцевиной
которой является «Экономический пояс Шелкового пути».
Для того, чтобы удержать позиции
в регионе ЦА, Кремлю следует пересмотреть свои внешнеполитические подходы (о
тактике и стратегии здесь речь вообще не идет) в отношении центрально-азиатских
государств. Однако для налаживания конструктивного и долгосрочного
сотрудничества обещаний в дружбе мало, необходимы немалые средства. А все
финансовые возможности бюджета РФ срочно перенаправляются в Крым и на
перевооружение Вооруженных сил РФ. Поэтому говорить о перспективах российской
внешней политики в регионе ЦА – гадать на кофейной гуще.
Владимир Лисовский
