Avesta.Tj | 31.05.2014 | 7 мая 2014 года вдоль спорной границы
между Таджикистаном и Кыргызстаном произошли столкновения, в результате чего
ранения получило 60 человек. По сообщениям, столкновения начались с того, что
небольшая группа пьяных молодых людей начала забрасывать друг в друга камни, но
вскоре инцидент перерос в стрельбу.
Впоследствии, на месте собралось до 1500
человек. Насилие произошло между жителями таджикского селения Исфара и жителями
кыргызского Баткена, где плохо очерченная граница приводила к периодическим
перестрелкам из-за спора о доступе к воде, пастбищам и дорогам. В то время как
приграничное насилие в этом регионе обычно ограничивается участием гражданских
лиц, по сообщениям в результате имевшего места насилия были ранены десять
кыргызстанских милиционеров. В январе 2014 года в том же самом регионе в ходе
приграничной перестрелки были ранены восемь членов различных таджикистанских и
кыргызстанских сил безопасности.
В течение недели после произошедшего насилия,
состоялось несколько высокоуровневых встреч между чиновниками из Бишкека и
Душанбе, включая встречу между президентами Таджикистана Эмомали Рахмоном и
Кыргызстана Алмазбеком Атамбаевым, которая состоялась накануне празднования Дня
Победы в Москве 8 мая. Кроме того, 12 мая состоялось заседание с участием
дипломатов двух стран, на котором было обсуждено недавнее насилие, но им не
удалось достигнуть соглашения по вопросу границы. Несмотря на их неудачу,
конфликт, как кажется, не сказался отрицательно на отношениях между Бишкеком и
Душанбе, поскольку ни один не продемонстрировал заинтересованность в
интернационализации территории, что является причиной спора между жителями
приграничных сел двух государств.
В то время как сторонние наблюдатели могли бы
отметить разнообразную реакцию Рахмона и Атамбаева, продолжающийся приграничный
конфликт может усилить внутригосударственный регионализм в Кыргызстане и в
Таджикистане. Оба государства испытывают трудности из-за политических
разногласий «севера против юга», где выходцы политической элиты
всецело принадлежат одной области. На базовом уровне, в случае с Кыргызстаном,
северная политическая элита в Бишкеке вызывает негодование у их южных коллег, а
в Таджикистане, южная политическая элита в Душанбе вызывает негодование у их северных
коллег. Однако приграничное насилие происходит вдоль отдаленных от политики
пограничных районов северного Таджикистана и южного Кыргызстана.
Если
приграничные перестрелки продолжат возрастать на местном уровне, в дальнейшем
дипломатическая сдержанность может быть воспринята как апатия со стороны
центральных властей и использована внутренними политическими соперниками для
того, чтобы еще больше ухудшить и без того напряженные региональные отношения.
С другой стороны, угроза применения военной силы и националистическая риторика
могут привести к негативным последствиям на дипломатическом фронте или даже
открыть межгосударственный конфликт. Учитывая плохие отношения Таджикистана с
соседним Узбекистаном, продолжительное закрытие границы и ухудшение двусторонних
отношений с Кыргызстаном будут особенно вредны для Душанбе. Во время
конференции «ШОС в обеспечение региональной безопасности: трудности и
перспективы»», которая состоялась 14 мая, представитель Таджикистана
в Международной комиссии по большим плотинам Хомиджон Орифов выразил
негодование по поводу того, что препятствия, которые чинит Узбекистан на
транспортирных маршрутах, существенно увеличивает стоимость строительства
«Рогунской ГЭС».
Он также отметил, что в настоящее время Кыргызстан остается
и является единственным жизнеспособным вариантом для импортирования необходимых
для строительства плотины материалов. В 2011 году основное железнодорожное
сообщение между Узбекистаном и Таджикистаном было подорвано, по сообщениям,
«террористической группой», что со своей стороны стало серьезным
ударом по усилиям Таджикистана в строительстве «Рогунской ГЭС».
Данный инцидент, наряду с частыми закрытиями границы, способствовал продвижению
строительства железной дороги Туркменистан-Афганистан-Таджикистан (TAT), которая
позволит Таджикистану обходить Узбекистан. 5 мая президент Туркмении Гурбангулы
Бердымухаммедов встретился с Эмомали Рахмоном в Душанбе. В ходе встречи они
подтвердили свое желание углубить двусторонние отношения, а также «как
можно скорее» закончить строительство железной дороги. В прошлом июне
началась реализация проекта, который, как намечают, будет закончен к середине
2015 года. Однако некоторые аналитики выразили сомнения относительно
жизнеспособности проекта.
Самый большой вопрос, нависший над проектом, состоит
в том, достаточно ли стабилен северный Афганистан, чтобы служить связующим
звеном транзита между этими двумя странами. Кроме того, наблюдается некоторый
страх относительно того, что, даже после вывода войск Международных сил
содействия безопасности (МССБ) в 2014 году и северный Афганистан останется
относительно безопасным, у нового правительства в Кабуле может и не быть того
же интереса в продолжение реализации проекта. Озабоченность связана с вопросом
о том, какую роль этнический узбекский военачальник Рашид Достум, эффективно
управляющий большей частью северного Афганистана, будет играть в следующем
афганском правительстве.
Ведущий кандидат в президенты Афганистана Ашраф Гани
присоединился к Достуму в своей попытке победить соперника в лице Абдуллы
Абдуллы. Некоторые таджики опасаются того, что если будет избран Гани, то
Достуму, у которого есть давние связи с Узбекистаном, будет предоставлен
фактический контроль над северным Афганистаном, и он будет выступать в качестве
заместителя Ташкента в регионе. Неуверенность в Афганистане, плохие отношения с
Узбекистаном и инфраструктурные проблемы, а также география с Китаем делает
поддержание здоровых отношений и открытых границы с Кыргызстаном приоритетом
для Таджикистана. Отказ разграничить границу своевременно и решить основные
политические и экономические проблемы в регионе могут привести к увеличенному
приграничному насилию, региональной нестабильности и стратегической изоляции
для Таджикистана.
Источник: Марк Винсон»Jamestown»,
Перевод –
«InoZpress.kg».
