Avesta.Tj
| 25.01.2014 |
«Не плюй в колодец, пригодится воды напиться». Эту пословицу, имеющую свой
аналог как в кыргызском, так и в таджикском языках, нередко можно услышать в
Исфаринской долине как свидетельство взаимозависимости существования вдоль
извилистой, по большей части недемаркированной границы между Кыргызстаном и
Таджикистаном.
В этой
интенсивно обрабатываемой и плотно населенной долине все и вся зависят от реки
Исфара и питаемой ею системы каналов. Жители верхней оконечности долины, где у
сел Ак-Сай и Ворух река сужается в узком жерле, могут добраться до
административных центров и горных пастбищ лишь по одной общей дороге. Когда
дороги и границы перекрываются, как это периодически в последний месяц
случалось после инцидента с подозреваемым поджогом, а потом и перестрелки между
пограничниками, цены на основные виды продуктов резко взлетают, а хрупкая
взаимозависимость приграничного существования нарушается. В подобные моменты,
как сказал в беседе со мной один из старейших жителей села Ворух, «мы
становимся на самом деле анклавом».
За дни, минувшие
после столкновения между кыргызскими и таджикскими пограничниками у села
Кок-Таш 11 января, последовавшего за возобновлением дорожного строительства на
земле, которую Кыргызстан упорно называет своей, а Таджикистан – «спорной»,
отношения между государствами охладились, и местные жители пришли в волнение. В
последние годы хрупкое общественное спокойствие держалось по большей части на
беспрепятственном передвижении через границы. Сейчас же это непрочное ощущение
стабильности подрывается – отчасти вследствие финансируемых донорами инициатив,
направленных на повышение пограничной «безопасности» путем сооружения новых
объездных дорог.
В обстановке
обменов напряженными дипломатическими заявлениями легко упустить из вида, что
означает эта растущая напряженность для людей, проживающих в Исфаринской долине
– или почему вроде бы ничем не примечательный участок дороги, столь желанный
для одних, может стать яблоком раздора для других. Новая дорога обещает
обеспечить связь с внешним миром и безопасность людям, проживающим в кыргызском
селе Ак-Сай и его окрестностях, которым на данном этапе приходится пересекать
таджикскую территорию, чтобы добраться до остальных частей своей республики.
Людям же, проживающим вдоль недемаркированной границы в таджикских селах Ворух
и Ходжаи-Аьло, этот обходной путь внушает опасение, потому что фактически
нарушает существующую на сегодняшний день хрупкую взаимозависимость. Доныне все
местные конфликты обычно сдерживались тем обстоятельством, что все знали: если
«они» перекроют дорогу, то и «мы» окажемся в западне.
Новые объекты
инфраструктуры зачастую представляются удобным «решением» возникающих проблем,
связанных с взаимным сосуществованием. Власти Кыргызстана при поддержке
западных доноров говорят о «транспортной независимости» и стремлении сделать
так, чтобы гражданам Кыргызстана не приходилось пересекать территорию
сопредельного государства, чтобы попасть на рынки или в административные
центры.
Однако новые
дороги могут как соединять людей, так и разъединять их. И в данном конкретном
уголке мира распутывание давних связей чревато определенными сложностями.
Пересечения многих поколений с их преимущественно пасторальным образом жизни
вписаны здесь в истории семей, традиционные пастушьи устои, названия селений,
многие из которых обыкновенно имеют двойное, кыргызское и таджикское, название:
Ходжаи-Аьло/Матчаи, Капчыгай/Танги. Села Кок-Таш и Сомониён территориально так
переплелись, что стороннему человеку могут показаться географически единым
местом – пока местные жители не укажут, где улицы «таджикские», а где
«кыргызские», а также на тот факт, что две школы, отстоящие друг от друга на
300 метров, обучают детей по разным программам, отмечают разные дни
независимости и существуют в разных часовых поясах.
Эта сложная
политическая география не является, как часто утверждают, целенаправленным
делом рук Иосифа Сталина и его злонамеренных картографов. Это следствие
экономических велений послевоенного промышленного развития сельского хозяйства.
На территории Исфаринской долины – как и всей Ферганской долины – советские
власти возводили объекты инфраструктуры, не обращая внимания на
межреспубликанские границы. Целые села в принудительном порядке переселялись в
низовье, тем самым резко увеличивая численность зависящего от реки населения, а
обмен между республиками земельными угодьями «для долгосрочного пользования»
зачастую ратифицировался одной союзной республикой и не ратифицировался другой.
Именно эти обмены территориями и привели к возникновению сегодняшней «границы в
шахматном порядке», вызывая разногласия между Кыргызстаном и Таджикистаном,
которые не могут сойтись во мнении, какие карты и соглашения следует положить в
основу переговоров по вопросу делимитации.
В сложившихся
условиях семьи рядовых граждан испытывают значительное давление: разрушающиеся
трансграничные оросительные каналы, общие и ничьи одновременно, означают, что
ко многим хозяйствам вода для орошения поступает зачастую нерегулярно; дефицит
земли означает, что цены на землю в Чоркухе могут превышать столичные
душанбинские; таможенные тарифы в Ферганской долине означают, что выращенный
урожай абрикосов нужно продать слишком дешево, что не обеспечит стабильное
существование. Вместо того, чтобы преодолевать все эти напасти, многие семьи
давно уже возлагают надежду на труд мигрантов, отправляясь на заработки в
Россию.
Размышляя о
путях решения пограничных проблем, следует задаться вопросом не только об
источниках нынешнего конфликта, но и о том, как местное население особо не
давало периодически вспыхивавшим на протяжении нескольких последних десятилетий
конфликтам из-за земли и ирригации перейти в открытые столкновения. Отчасти
причина этого кроется в том, что на протяжении большей части периода
независимости «государство» – в лице пограничной стражи, таможенников и силовых
структур – считалось здесь чем-то далеким и по большей части не занимающимся
ограничением свободы передвижения. Пограничных КПП было мало, пограничники в
массе своей не интересовались передвижениями жителей сел. Как-то я беседовала с
директором школы одного из сел Исфаринской долины, который с гордостью поведал
мне, как в предыдущем январе кыргызы и таджики успешно общими усилиями
воспротивились сооружению нового таможенного поста, который бы «мешал людям
жить».
Жители местных
сел ходили на одни и те же приграничные рынки, расплачиваясь как таджикскими
сомони, так и кыргызскими сомами. Вплоть до 2008 года, когда при финансовом
содействии Всемирного банка была построена дорога в обход Таджикистана в
Чоркухе, автобусы, следовавшие по маршруту Баткен–Чоркух–Ак-Сай, регулярно по
нескольку раз пересекали границу, по сути сплетая селения с преимущественно
кыргызским и таджикским населением в единое социально-экономическое
пространство. Краеугольным камнем межнационального и трансграничного
спокойствия, понятно, являлась торговля.
В последние
недели и месяцы это хрупкое равновесие было разрушено. Пограничный режим,
фактически действовавший в отсутствие чрезмерного регулирования, постепенно
ужесточается. Границы закрываются «во избежание конфликта» (причем мало кого,
похоже, беспокоит негативное воздействие подобных мер на состояние
межнациональных отношений). И приграничные рынки оказываются в сложном
положении.
Местные жители,
с которыми никто не советуется как с носителями знаний и исторической памяти о
сложных обменах территориями, ставшими характерными для этих мест, горько
сетуют на отсутствие внимания к себе со стороны далеких властей. На
состоявшейся 21 января пресс-конференции руководитель Согдийской области
Таджикистана Абдурахмон Кодири уверенно заявил, что ему «нет необходимости»
ехать в Ворух и разговаривать с людьми. «Народ спокоен, – приводит его слова
Радио Озоди, –зачем туда ехать и их беспокоить. Проблемы решаются. Народ крепок
духом». Вместо этого он предложил пригласить в марте соседей из Узбекистана и
Кыргызстана на торжества по случаю весеннего праздника Навруз.
Вопрос теперь
состоит в том, имеется ли в Душанбе и Бишкеке (помимо заявлений о
добрососедском отношении) политическая воля для решения местных проблем
сосуществования или внутриполитические опасения помешают прийти к компромиссу.
Навруз действительно, как предложил Кодири, может предоставить руководству
центральноазиатских республик возможность продемонстрировать добрососедские
взаимоотношения. Но до праздника еще два месяца, а терпение в Исфаринской
долине, возможно, на исходе.
Источник
Eurasianet
