Avesta.Tj | 25.12.2013 | Представляется несколько
ошибочно утверждать о том, что стратегия или инициатива США «Новый Шелковый
путь» является некой догмой. Вовсе нет, эта внешнеполитическая концепция
включает в себя несколько разновременных целей и задач, сфокусирована на регион
Центральной Азии, и уже пережила несколько серьезных обновлений.
Так, например, посол США С.Эллиот в
середине декабря текущего года на встрече с руководством Согдийской области
Таджикистана упоминала некий проект «Развитие транспортной связи в Центральной
Азии». Вообще что это за чудо — обновленный НШП, его составная часть, или
отдельный документ?
Логично предположить, что Вашингтону с
учетом быстроменяющейся политической ситуации в регионе Центральной Азии не
выгодно обременять себя рамками кого-либо программного документа. Ведь еще
только несколько лет назад страны Центральной Азии для американцев были куда более
послушными и сговорчивыми, и в отношениях с ними ничего не предвещало
трудностей. Складывающая здесь политическая конъюнктура заставляет США
действовать более гибко, и пока «не поднимая высоко головы».
Если стратегию НШП увязать с
геополитикой, то в идеале картинка для США должна складываться следующим
образом. Американцы попытаются образовать некое интеграционное объединение,
опираясь на которое можно было вершить свои дела в регионе и противостоять
интересам России и Китая. Для членства в такой интеграции весьма бы подошли
Ирак, Иран и Афганистан. Да, сложности есть со всеми этими партнерами, но
вместе с тем прогресс в двусторонних переговорах имеется. Правда, нынешний
Кабул в лице президента Х.Карзая накануне избирательной кампании осознает какой
ценой могут обернуться договоренности с США в части пребывания воинских
подразделений на территории ИРА и в сфере безопасности. И естественно в эту
игру он играет весьма осторожно, используя инструмент Лойя Джирги.
В перспективе трио союзников США может
расшириться до квартета за счет принятия в него Узбекистана или Таджикистана.
Ташкент для Вашингтона, несмотря на внешнюю простоту вопроса, на самом деле не сильно
годится в долгосрочные друзья. Внутренние разборки между дочерью Президента Гульнарой
и руководителем службы национальной безопасности Р.Иноятовым могут иметь
непредсказуемые последствия. А для США любая непредсказуемость должна быть
управляемой из Вашингтона и никакой самодеятельности здесь не допускается.
Самым
лакомым куском для США остается, конечно же, Таджикистан. Стратегическое
положение в Центральной Азии, протяженная граница с Афганистаном, близость
Китая, возможности транзитных коридоров и энергетических маршрутов добавляют
приоритетные баллы Душанбе в переговорах с США. Ожидания США на этом направлении
могут быть вполне результативными. На фоне прохладных отношений с Россией и с
учетом семейного кризиса в Узбекистане Вашингтон может предложить Душанбе варианты
решения проблемы Рогунской ГЭС, строительство которой, как известно, находится
под личным контролем главы государства.
Каким же образом проект можно сдвинуть с
мертвой точки? Во-первых, это выработка нейтральной экспертной оценки безопасности
плотины. Специалисты под эгидой Всемирного банка уже не первый год ломают
голову над формулировками. Во-вторых, это разрешение вопроса с финансированием посредством
третьих международных структур и частных банков. Кстати, у проекта еще есть и сочувствующие
– Иран всегда был готов принять участие в строительстве плотины.
Тот факт, что переговорное движение по
Рогуну имеется отрицать сложно. Иначе США никогда не ввязались бы в другой проект CASA-1000 — возведение
высоковольтных линий электропередач из Таджикистана в ИРА и Пакистан, выделив
на эти цели 15 млн. долл. США.
Таким образом, можно сделать некоторые
выводы. На практике проект НШП — универсальный разноскоростной подход внешней
политики США к развитию сотрудничества со странами Центральной Азии в самых
различных областях. Посредством этой дорогостоящей приманки центральноазиатские
страны буду получать необходимое финансирование на реализацию дорогостоящих инфраструктурных
транспортных и других проектов. Но взамен им будут выставлены некоторые встречные
предложения в области логистики, военно-технического сотрудничества и естественно
обеспечения «надлежащих» условий национальной и региональной безопасности.
Не думаю, что Китай долго будет
наблюдать за внешнеполитическими вывертами заокеанского стратега. Пекин вовсе не
настроен долго выжидать, и проводить исключительно мирную экономическую
политику в регионе. Экономика — это, прежде всего, политика, а политические
задачи в наше время можно эффективно решать не только дипломатическими, но и военными
средствами.
Россия, как обычно обостряя внимание на
мелочах, теряет главное – доверие и лояльность местных властей. Проводя
необдуманные и грубые информационные войны против таджикских и других
мигрантов, Москва тем самым отбрасывает себя в центральноазиатских делах на
годы назад, давая ощутимую фору своим главным оппонентам.
Владимир
Лисовский
