Avesta.Tj | 30.10.2013 | В июле этого
года власти столицы Таджикистана Душанбе косвенно дали понять, что не доверяют
системе высшего образования этого центральноазиатского государства.
Такой вывод напрашивается из чтения
объявлений о вакансиях мэрии Душанбе. В тексте объявлений о наборе различных
специалистов – от младших научных сотрудников до старших советников –
указывалось, что «предпочтение будет отдаваться выпускникам таджикистанских
вузов, получившим дипломы до 1992 года, или выпускникам иностранных вузов».
Мало кого эти объявления удивили, так как лишний раз подтвердили то, что многие
и без того знали: что система образования Таджикистана так и не оправилась от
гражданской войны 1992-1997 годов времен после обретения независимости,
подтолкнувшей многих граждан из числа наиболее образованных и квалифицированных
кадров эмигрировать из страны.
Качество образования в большинстве
центральноазиатских республик – пожалуй, за исключением образования, доступного
сыновьям и дочерям привилегированных слоев населения Казахстана – оставляет
желать лучшего. Ситуация же в Таджикистане, по словам профессора кафедры
печатных СМИ и PR душанбинского Российско-Таджикского Славянского университета
Виктории Петрушковой, сложилась «ужасающая».
«О чем вообще можно говорить, если нет
учебников, а географию, биологию и математику преподает один и тот же человек?
– вопрошает она, указывая на дефицит квалифицированных кадров. – А потом, едва
чему-то научившись, они [выпускники] начинают сами преподавать!»
Власти Таджикистана игнорируют реальную
проблему, возводя новые здания высших учебных заведений. «У нас так много
университетов. Они растут как грибы после дождя. Но их нужно наполнить
специалистами, которых у нас нет», – сказала Виктория Петрушкова
EurasiaNet.org.
По словам критиков, власти под
руководством Эмомали Рахмона – который после почти двадцатилетнего правления в
следующем месяце будет переизбираться на новый семилетний срок на выборах, уже
изобилующих обвинениями в нарушениях, – практически ничего не делают для
повышения образовательных стандартов. Согласно этой же версии, власти
предпочитают иметь дело с покорным и умственно нетребовательным населением, а
не с населением, брызжущим идеями, способными изменить статус-кво.
Строительство же, по утверждению предпринимателей, представляет собой легкий
способ присвоения средств из государственной казны.
Еще одной проблемой, по словам Виктории
Петрушковой, является отсутствие у учащихся стимула получать хорошее
образование. «Они знают, что все продается и покупается», включая дипломы, и
что связи и семейные узы при устройстве на работу в условиях феодальной системы
Таджикистана важнее, чем вузовский диплом.
Эти представления подтверждают
результаты онлайн-опроса, проведенного осенью 2012 года местным
информагентством «Азия-Плюс». Из 2500 респондентов 77 процентов ответили, что
поступить в вуз Таджикистана можно исключительно с помощью взятки, и лишь два
процента считали, что в вузы принимают по способностям. Согласно результатам
другого соцопроса середины 2012 года, на вопрос, нужно ли высшее образование в
Таджикистане, 40 процентов из 1640 респондентов ответили, что «все зависит от
связей», еще 20 процентов ответили «нет», и лишь 25 процентов дали
положительный ответ.
Данные для оценки качества образования в
Таджикистане практически отсутствуют. Согласно цифрам официальной статистики,
которые часто бездумно повторяют международные организации, уровень грамотности
среди взрослого населения составляет 99,7 процентов. По словам экспертов, эти
цифры, возможно, были близки к действительности в позднесоветский период, но
сейчас далеки от реальности. В последнем Индексе развития человеческого
потенциала ООН Таджикистан оказался на 127 месте из 181 включенных в обзор
государств в категории «образование». Это самый низкий показатель из всех
бывших советских республик.
По словам душанбинского эксперта по
вопросам образования, власти не склонны принимать участие в международных
стандартизированных тестах, так как опасаются, что плохие показатели станут
причиной национального конфуза. Он указывает на пример Кыргызстана, когда тот
оказался на последнем месте в рейтингах за 2006 и 2009 гг. Международной
программы по оценке образовательных достижений учащихся PISA, проводимой
Организацией экономического сотрудничества и развития. В 2012 году Кыргызстан
решил не принимать участие в тесте.
Для многих молодых людей, которым приходится
сталкиваться с множеством социально-экономических проблем, образование не
является главным приоритетом. «Им приходится работать, чтобы помогать своим
семьям, – объясняет местная предпринимательница Манижа Хаитова. –
Первоочередным приоритетом для них становится заработок».
В советские времена стандарты в области
образования были намного выше, а учителя – более требовательными, сказала
Манижа Хаитова EurasiaNet.org. «Я могу понять, почему работодатели не хотят
брать на работу недавних выпускников. Таких нанимателей много», – говорит она,
причисляя к ним и себя.
«Но у нас заканчивается время. У нас
заканчиваются кадры [советской выучки], и нам нужно обучать новые поколения», –
говорит Манижа Хаитова. Утечка мозгов начала 1990 годов «так и не восполнена»,
подчеркивает она.
Источник
EurasiaNet
