Avesta.Tj
| 12.07.2013 | Давлат
Усмон, бывший заместитель премьер-министра Таджикистана, выступая сегодня в Душанбе
на очередной встрече общественного фонда «Диалог цивилизаций», рассказал о
внешних факторах наряду с внутренними, приведшими к гражданской войне в
Таджикистане.
Давлат Усмон, в свое время вошедший в
состав таджикского правительства народного примирения, отметил, что в событиях
тех лет в РТ прослеживалась «рука Ташкента».
«В 1992 году Москва, сама находящаяся в
состоянии кризиса, мало что могла сделать для Таджикистана, и возложила данную
функцию на Ташкент, принимая все предложения, поступившие от него (Ташкента). В
этой связи, я считаю, что если проанализировать события 90-х годов, то в них
замешаны руководители Узбекистана», — отметил Д. Усмон.
По его словам, в Термез в июне 1992 года
был создан первый штаб, преследующий цель препятствование деятельности
правительства народного примирения.
«Руку извне» в событиях тех лет, сегодня
признает и нынешнее правительство Таджикистана», — подчеркнул бывший
оппозиционер.
«Я, будучи заместителем премьер-министра,
курировал вооруженные силы, и видел, что власть парализована. Центральная
власть была неспособна контролировать силовые структуры. Мы понимали, что все
идет к гражданской войне, но ничего поделать не могли», — признался Д. Усмон.
«На одной из встреч с тогдашним
президентом (покойным) Рахмоном Набиевым я предложил ему быть стойким и не
терять нить власти, чтобы избежать гражданского противостояния. Он ответил мне:
«Давлат, это не в моей власти». Никогда не забуду этот ответ», — отметил Давлат
Усмон.
«Набиев привел тогда пример, рассказав,
что перед тем, как я стал заместителем премьер-министра, был освобожден некий
Юлбарс Эгамбердиев, после чего Каримов (имеется в виду президент Узбекистана
Ислам Каримов) перестал отвечать на звонки Набиева. Ни это ли прямое
свидетельство роли Ташкента в развязывании гражданской войны в Таджикистане», —
подчеркнул Д. Усмон.
«Но стоит признать, что тогда Ташкент
исходил из своих национальных интересов. Он не признавал политические силы,
которые появились в Таджикистане, и тем более не хотел, чтобы все это
перекинулось в Узбекистан. Их тоже можно понять», — резюмировал Давлат Усмон.
