Avesta.Tj
| 18.04.2013 | Предстоящий
вывод американских войск из Афганистана поставил немало проблем перед
Вашингтоном. Одна из важнейших – как поступить, какие меры предпринять, чтобы
закрепиться в регионе, и более того, — усилить здесь свое политическое и
экономическое влияние, превратить фактическое поражение в Афганистане в, якобы,
«триумф американской внешней политики». Звезднополосатые политсценаристы
размышляют, если не удается военным путём закрепиться в регионе, может быть, стоит
использовать и другие методы, прежде всего под видом экономических?
Так, собственно говоря, появился на свет
проект, который получил название — «Новый шёлковый путь», предусматривающий создание
в регионе подконтрольных американцам транспортных и энергетических путей. Как
ни странно, но первыми заказчиками разработки проекта выступили не политики, а
Пентагон и спецслужбы США. Они лоббировали идею привязки всего
центральноазиатского региона, а также Южной Азии – к Афганистану, на базе
которого, по их замыслу, должен быть создан центр долговременного и мощного американского
влияния.
В первую очередь речь, конечно, идет о
том, чтобы традиционно завязанные на Россию торговые потоки из Средней Азии переориентировать
на юг, одновременно изолировать Синьцзянь-Уйгурский автономный район Китая, подогревая
там регулярные массовые восстания местного населения против властей Пекина. По
сути дела, поставлена задача в более «мягкой упаковке» реализовать давние замыслы
злокозненного политтехнолога Збигнева Бжезинского — нанести удар по традиционным
российским коммуникациям в регионе, оставить Москву и Пекин за скобками
происходящих здесь политических и экономических процессов. Небезызвестный
хулитель всего российского сенатор Ричард Лугар и вовсе предлагает покончить,
по его выражению, «с господством России на рынке энергоносителей», реанимировать
проект поставок газа по «южному коридору». Этот американский сенатор призывает Вашингтон
для решения этой задачи использовать все возможные дипломатические и
экономические рычаги, в первую очередь наладить обеспечение стран НАТО газом из
Азербайджана, Туркменистана и даже Ирака, для чего настаивает на срочном
строительстве газопровода через Турцию в Юго-Восточную Европу.
Позднее к лоббированию проекта «Нового
шёлкового пути» активно подключился Государственный департамент США. Первый
помощник госсекретаря США по странам Южной и Центральной Азии Джеффри Пьетт
заказал по личному заданию Хилари Клинтон ученым-экономистам специальное исследование
на тему «возрождения и привязки» афганской экономики к этому глобальному
проекту. Предложения американского дипломата в прессе окрестили «планом Пьетта».
Этот план предусматривает, в частности, строительство пограничных переездов,
автомобильных и железных дорог, прокладку трубопроводов, с одновременным заключением
со странами региона выгодных для «заокеанских благодетелей» соглашений по всем вопросам
транспорта, торговли и энергообеспечения, затрагивающих непосредственные стратегические
интересы Вашингтона. Вот, например, проект под названием «-100» предусматривает перенаправить поставки
электроэнергии из Киргизии и Таджикистана в сторону Афганистана и Пакистана за счет
принудительной минимизации ее потребления другими республиками ЦА.
Искусственно рожденную идею
строительства газопровода (Туркменистан –
Индия – Пакистан) протяжённостью 1.700 километров и стоимостью в 7-8 миллиардов
долларов Вашингтон рассматривает в качестве альтернативы газопроводу
Иран-Пакистан. Но проект этот давно буксует: во-первых, потому, что трасса неотвратимо
должна пересекать «неспокойные» районы, а во-вторых, как следствие того, что расчетливые
инвесторы не горят желанием вкладываться в «политический» газопровод с
туманными и рискованными перспективами.
Поэтому эксперты по вопросам Центральноазиатского
региона скептически воспринимают «план Пьетта», рассматривая его как «политический
заказ вашингтонских властей, стремящихся упрочиться в центре Евразии». Пентагон,
кстати, пытается включить в транспортную составляющую «Нового шёлкового пути» северную
сеть поставок (ССП) военного назначения, которую использует для переброски грузов
в Афганистан и обратно. Эту идею активно поддерживает помощник госсекретаря США
Роберт Блейк и его правая рука Линн Трейси, презентовавшая недавно доклад на
эту тему в фонде «Открытое общество». Этих и других лоббистов не останавливают
доводы оппонентов даже в самих США, утверждающих, что тот же ССП практически не
может способствовать оживлению региональной торговли, более того, провоцирует создание
дополнительных пограничных тарифов.
Сама идея «Нового шёлкового пути», по их
мнению, дорогая и рискованная, и не только потому, что из проекта выпадает
Иран, но и потому, что в отсутствии доверия между центральноазиатскими странами
любым властям Афганистана определённо не удастся позиционировать свою страну в
качестве транзитного и безопасного узла коммуникаций в регионе. Следовательно, делают
вывод эксперты, данная «инициатива» в значительной степени является пропагандистским
трюком, чтобы продемонстрировать всему миру, будто бы США вовсе не намерены «просто
сбежать» из Афганистана после 2014 года, оставляя за собой экономический хаос и
политическую разруху.
Назначенные Вашингтоном соучастники
«шелкового» проекта тоже мучаются сомнениями. Так, власти Ашхабада самостоятельно
ищут новые адреса поставок экспортного газа, ориентируясь прежде всего на
Китай. Ведь Туркменистан занимает четвертое место в мире по запасам газа и намеревается
еще приступить к добыче газа на месторождении Галкыньш (бывший Иолотань),
запасы которого составляют порядка от 13,1 до 21,2 триллиона куб. метров. Китай
согласен и готов «освоить» этот газ, хотя уже сейчас поставки газа туркменского
газа в эту страну составляют 20 миллиардов куб.м., а в планах – увеличение
экспорта туркменского газа в «Поднебесную» до 65 миллиардов кубов в год.
Под прикрытием «шелковой» идеи
американцы лоббируют и строительство на Кавказе железной дороги
Баку-Тбилиси-Карс в обход российской территории. Вашингтон мотивирует это тем,
что вопрос восстановления железнодорожного сообщения через Абхазию, будто бы, окончательно
закрыт, что было продекларировано на недавней встрече грузинских дипломатов в
Тбилиси с заместителем госсекретаря США по вопросам Европы и Евразии Эриком
Рубином. Выходит, де-факто Вашингтон как бы признает суверенитет Абхазии!
В Пентагоне не скрывают, что следующим
этапом возведения «Нового шелкового пути» должно стать создание тройственного
военно-политического союза Турции, Азербайджана и Грузии, а политики Вашингтона
явно подталкивает дипломатические ведомства этих стран к проведению расширенных
консультаций по важной для них проблеме. Так, в конце марта в Батуми состоялась
встреча глав дипломатических ведомств этих стран — Майи Панджакидзе, Эльмара
Мамедьярова и Ахмета Давутоглы, которые обсудили ход выполнения Трабзонской
декларации, подписанной в июне прошлого года и призванной активизировать их взаимодействие
по ряду вопросов. По словам Майи Панджакидзе, это — транспорт, энергетика,
туризм, культура, а также немало других «интересных и важных направлений». Один
из грузинских политологов в этой связи говорит о том, что «на Южном Кавказе
может появиться военно-политический блок Азербайджан-Грузия-Турция», который за
«гарантии» своей безопасности в регионе будет здесь обслуживать стратегические
интересы американцев.
Обозреватели обращают внимание на благожелательную
оценку Вашингтоном и результатов последнего визита президента Узбекистана
Ислама Каримова в Баку. Официальная задача узбекского президента заключалась в
том, чтобы «разжиться» азербайджанской нефтью, хотя своих ресурсов в стране
достаточно: 30 процентов нефти, 40 процентов газа, 74 процента газового
конденсата всех запасов в Центральной Азии. По мнению экспертов, главный же
смысл пребывания Каримова в Азербайджане заключался все-таки в другом: это «нащупывание»
политических союзников в противостоянии с другими государствами Евразии. Не
случайно, Ислам Каримов поддержал позицию Баку в споре с Ереваном о Нагорном
Карабахе, заявив о «важности обеспечения территориальной целостности
Азербайджана». В совместном заявлении двух президентов подчёркивается
стремление укреплять и двусторонние экономические отношения. В частности, речь
шла о реализации транспортного коридора Туркменбаши-Навои с присоединением его в
последующем к железнодорожному маршруту Баку-Тбилиси-Карс. Расчет на то, что в
случае осуществления этого проекта узбекские товаропроизводители могут получить
прямой выход на западные рынки.
Стоит напомнить, что в марте текущего года
специальный представитель генсека НАТО по странам Центральной Азии и Кавказу
Джеймс Аппутарай обсуждал в Ташкенте состояние и перспективы двусторонних отношений,
главным образом в военной области. Результаты поездки американца эксперты логично
связывают с расширяющимися военными поставками Ташкенту, который уже получает от
Пентагона малые разведывательные беспилотники, приборы ночного видения,
бронежилеты, системы навигации . В азиатских
столицах муссируются слухи и о более серьёзных поставках, в частности,
значительной доли намеченного к эвакуации из Афганистана боевого арсенала НАТО.
Узбекистан, кстати, оказался
единственной страной в регионе, которая вложилась в строительство железной
дороги в сторону Афганистана, хотя её экономическое значение в будущем
представляется весьма сомнительным. Ведь железнодорожный участок
Хайротон-Мазари-Шариф сейчас крайне необходим, прежде всего, Пентагону для вывоза
военной техники и живой силы из Афганистана. Остается открытым вопрос, как и в
каких целях этот заокеанский военный потенциал может быть затем использован? Политобозреватели
из Казахстанского информагентства «Тенгри Ньюс» высказывают предположение, «что
партнёрство Узбекистана с США может привести к конфликтной ситуации», а
известный политолог из Астаны Марат Шибутов обращает внимание на то
обстоятельство, что «сухопутные силы Ташкента уже в полтора раза больше наших,
а с получением американского оружия их перевес, возможно, станет двукратным».
Так выглядят пока на деле попытки реализации
Вашингтоном широко разрекламированного проекта «Нового шелкового пути», все
более обретающего черты и свойства масштабной стратегической ловушки,
обостряющего в регионе политические и экономические противоречия между
соседними государствами, что вполне соответствует задачам и целям этой на вид
«экономической» затеи.
Виктор
Волгин, публицист. Специально для «БиП»
