Avesta.Tj | 22.08.2012 | Лидер исмаилитов принц Ага-Хан 4 исчерпал свой потенциал для ведения мирных переговоров в таджикском Хороге. Об этом в интервью «Авеста» заявил руководитель центра социологических исследований «Бозтоб» Раджаби Мирзо.
Далее в интервью с политологом мы попытались дать оценку нынешним событиям в Хороге, и возможным их последствиям.
Кто заинтересован в этих событиях, и кто стоит за ними, и какие последствия можно ожидать?
Раджаби Мирзо: Последствия, можно будет сказать, непредсказуемые, потому что у нас до сих пор не выявлен корень, а в этом заинтересованы многие, в том числе иностранные государства, имеющие свои геополитические и геостратегические интересы в Центральной Азии.
Можно ли сделать на данный момент предварительные выводы о том, когда закончится следствие по делу об убийстве генерала Назарова?
Правительство уже опоздало, надо было с самого начала, когда был убит генерал Назаров, изучить все стороны вопроса. Кому нужна была смерть генерала? Можно сказать, что убийство было запланировано.
Нужно было ли власти смерть Имомназарова?
Я не думаю, что власти это было нужно, в данном случае не надо иметь «семь пядей на лбу», чтобы предсказать митинги и беспорядки.
Высказывания генерала Чиркина о возможных конфликтах в Центральной Азии, насколько они обоснованы?
Были конфликты ранее между Узбекистаном и Киргизией, а потом уже в Хороге. Здесь, корень можно искать извне: кто заинтересован в этом т.е внутренние основы которые дестабилизируют обстановку в регионе, в том числе Таджикистане, находятся где — то за пределами республики. Я всегда говорил, что у нас нет стратегического мышления. Убийство генерала эти событие, которое надо было воспринимать, как «первый сигнал». Аналитическими центрами не было изучено, что на самом деле происходит. События в Хороге: могут ли они изменить что-то в стране, говорить об этом рано, потому, что этот регион находится далеко от центра.
Операция длится долго, и как это складывается на устойчивости государства на региональном уровне с точки зрения безопасности?
Я думаю, здесь много игроков в лице сильных держав, которые влияют, и их влияние на события в регионе может увеличиваться. Внешняя политика Таджикистана не определена, а для защиты озвученной многовекторной политики не хватает возможностей и ресурсов. В сложившейся ситуации мы многое можем потерять, речь идёт о государственном управлении. Всем западным странам и России ясно, что в Центральной Азии Узбекистан является решающей силой. Поэтому Россия не хочет отказаться от Узбекистана, ориентирующегося на запад, как не выгодно это и США, которые имеют проблемы с Исламом Каримовым и его правительством.
Ставите ли вы под сомнение безопасность Таджикистана в связи событиями в Хороге?
Я думаю, что безопасность Таджикистана находится под угрозой с февраля 2008 года, и здесь появилось много игроков, и это бесспорно. Сейчас круг борьбы между игроками геополитики сузился. Возможно, некоторые страны хотят создать ситуацию в Таджикистане, которая была в 1992 году. Авторитарные правительства Центральной Азии, в том числе и Таджикистана защищаются в геополитической игре. Сейчас мы ощущаем только игру двух игроков — России и Запада, а Китай в регионе, на данный «внге игры» в регионе.
С точки зрения профессионализма: как вы оцениваете, спецоперацию, проведенную силовыми структурами?
Это ещё раз показывает, что у нас нет стратегического мышления. Если правительство провело эту операцию, без какой либо подсказки с какой-то стороны, то становится ясно о неудачности этой операции, с юридической точки зрения о ведении войск в Бадахшан. Этот правовой вопрос, который не нашёл ответа на данный момент. Специфика, менталитет и сознание людей в Бадахшане отличается от других регионов Таджикистана. Все в Таджикистане знали, что в ГБАО преступный мир имеет больше авторитета и влияние, чем власть. И власть не смогла их наказать, тем самым показав слабость, и прошедшая операция, я не думаю, что она была проведена без чьей-либо подсказки. События, которые происходят в Хороге, государством не контролируются, и оно (государство) ничего с этим сделать не может. Всем известна стратегия. Какой геополитический игрок займёт какую-то позицию — дестабилизировать ситуацию не только в ГБАО, Таджикистане, но, и в регионе в целом. Признаки появились ещё 17 июля и сложно предсказать, чем все это закончится.
Насколько долго государство может «закрывать глаза» на присутствие незаконных формирований в ГБАО?
Государство должно понять основу государственности и применение закона, насколько законы одинаково применяются в обществе, а не по усмотрению в отношении отдельных граждан. Когда у государства есть проблемы с применением закона, то оно должно было ожидать такие последствия, и отныне должно ожидать большего. Если посмотреть на ситуацию в Таджикистане с 20008 года, когда появилось первое дело Мирзохуджы Ахмадова в Раште, связанное с убийством Захарченко, потом начались события в Кулябе арест сына Сангака Сафарова. Потом опять события в Раште и в Исфаре, всё это один проверенный цикл, какой регион более уязвимый. Что может повлиять на последующие события. В июле 2008 г в ГБАО возник кризис, летом того года прошёл многотысячный митинг. Были предъявлены политические требования и власти тогда почувствовали, что там присутствует источник угрозы, и государство не может справится с ним. Регион является взрывоопасным, это, также почувствовали и внешние враги, что ситуацию можно повторить. Внешние враги, они могут проигнорировать остальные части Таджикистана, но не ГБАО с учётом его географического положения, ведь ГБАО занимает половину Таджикистана с точки зрения территории. Этот регион граничит с Афганистаном, Китаем и Ферганской долиной, что и нужно крупным державам и для дороги Шёлкового пути. Правительство Таджикистана должно ожидать, что такие волнения возможны и в других регионах – В Согде, Хатлоне, Раште.
Какие экономические последствия можно ожидать в связи с событиями в Хороге, поскольку часть грузов ввозятся автотранспортом из стран, граничащих с ГБАО?
Я думаю, что последствия мы уже ощущаем, поскольку в Таджикистане начался экономический кризис. Хотя власти утверждают, что начиная с 24 июля по 10 августа продуктов было завезено на сумму около 10 млн. долларов, т.е ни каких изменений в импорте продуктов нет, однако цены взлетели вверх. Ясно, что через несколько дней Китай закроет границу с Таджикистаном по причине того, что может возобновиться новая военная операция в ГБАО, и тогда последствия на внутреннем рынке окажутся ещё сильней. Возможно одной из целей дестабилизации ситуации в данном регионе со стороны, тех кто организовал, являются именно это т.е закрытие границы с Китаем подорожание цен на внутреннем рынке, и возникновение экономического кризиса, что вызовет недовольство населения в других регионах, и это только на руку основным игрокам, преследующим свои цели в данном регионе.
