2
Октября Воскресенье
+25°C Душанбе
  Последние аудио новости

Россия-Таджикистан: смена климата?

20 февраля 2008, 15:28

Разговоры о серьезном охлаждении отношений между Кремлем и официальным Душанбе нарастают. Интернет пестрит сообщениями о разногласиях между президентами двух стран, о смене вектора внешней политики – Москвы в сторону Ташкента, Душанбе – к Тегерану. Что происходит на самом деле, почему так получается и что можно сделать для улучшения исторически дружественных отношений между двумя странами?
Об этом на круглом столе «ФК» дискутировали наши эксперты: председатель Ассоциации публицистов, главный редактор газеты «Курьер Таджикистана» Мухаммаджон ТОШТЕМИРОВ, собкор российского правительственного агентства РИА «Новости» Лидия ИСАМОВА, независимый политолог Равшан АЗИЗОВ и редактор газеты Зафар АБДУЛЛАЕВ.
НАСКОЛЬКО РЕАЛЬНЫ СЛУХИ О РАЗНОГЛАСИЯХ?
М. ТОШТЕМИРОВ: Россия – это наш стратегический партнер, многоплановый союзник. Но в последнее время то ли СМИ нагнетают обстановку, то ли «эксперты» подливают масла в огонь, показывают, будто Россия отдаляется от Таджикистана.
Достаточно почитать сайты в Интернете, газеты, те же «Коммерсант» и «Независимую газету». Не думаю, что в этом есть «заказ» Кремля, в тоже время говорят, что нет дыма без огня.
Международные обозреватели обвиняют нас, что Таджикистан полностью развернулся в сторону Ирана, арабских государств, США, Китая, забывая при этом, что наше руководство придерживается многовекторной внешней политики. Мы открыты для всех…
Л. ИСАМОВА: Со своей стороны я считаю, что никакого охлаждения отношений не происходит и, как правильно отметил Тоштемиров, это искусственное нагнетание ситуации со стороны ряда российских СМИ, контролируемых крупными олигархами.
Хотя лозунг «Россия – наш стратегический партнер и друг на века» мне кажется излишне декларативным и похожим на те, что писали на праздничных транспарантах в советский период, сами стороны не прочь заявить об этом перед очередными двухсторонними встречами или саммитами.
Р. АЗИЗОВ: Формально мы стратегические партнеры и союзники – члены ОДКБ, ЕВРАЗЭС и ШОС, но каждая из стран руководствуется своими интересами, пытается «тянуть одеяло на себя» из-за чего возникают разногласия.
Л. ИСАМОВА: Хочется отметить, что, несмотря на разноплановое развитие таджикско-российских отношений, экономическая составляющая не стала той основой, тем фундаментом, который бы окончательно скрепил наши отношения.
Строительство «Сангтуды-1» заявляется, как крупнейший российский проект за рубежом, но некоторые эксперты выражают сомнения, будет ли ГЭС достроена в тот срок, что обещал Чубайс.
Дело в том, что после реструктуризации РАО «ЕЭС России», которая намечена на лето этого года, не совсем понятно, кто конкретно будет держать ответ за эту стройку.
Что же касается Рогунской ГЭС, то изначально аналитики в двух странах предполагали, что Дерипаске нужен Таджикский алюминиевый завод, а Рогун – это лишь объект энергоснабжения для этого металлургического гиганта.
Как только правительство Таджикистана заявило о том, что «Талко» остается в госсобственности, пыл РУСАЛа резко остыл и в итоге теперь неизвестно будет ли реализован проект Рогуна.
Все это дало повод для размышлений некоторых российских журналистов о похолодании отношений между Таджикистаном и Россией, чего нет на самом деле.
Р. АЗИЗОВ: Мне кажется, что мы все-таки постепенно отдаляемся от РФ как по вине таджикской стороны, так и из-за имперских амбиций России, унаследовавшей их от Советского Союза.
Возвращаясь к вопросам гидроэнергетики: когда говорят, что Душанбе не принял предложение Москвы по Рогуну, если так и было, вероятно были поставлены такие условия, которые были невыгодны нам.
Возможно западные компании предложили более привлекательные условия, которые к сожалению, пока неизвестны, и которые пока не находят своего реального воплощения.
З. АБДУЛЛАЕВ: На мой взгляд, охлаждение отношений налицо, и публикации в СМИ обоих стран на эту тему – всего лишь констатация факта. Свидетельством того может являться отсутствие какого-либо серьезного продвижения в развитии двухсторонних отношений, особенно в экономической сфере, в последние 2-3 года.
Более того, по имеющейся информации, деятельность всех существующих крупнейших компаний России в Таджикистане, за исключением РАО ЕЭС, практически заморожена.
Думаю, этот процесс объективен. Отношения Таджикистана как с Россией, так и с другими крупными мировыми державами в последние 15 лет развиваются по спирали: то тепло, то холодно.
Л. ИСАМОВА: Я бы подчеркнула, что экономическая составляющая сотрудничества отстает, больше развиваются гуманитарные связи.
Р. АЗИЗОВ: Возвращаясь к разногласиям. На мой взгляд, на появившиеся разногласия между двумя сторонами сыграл тот фактор, что строительство Рогуна было не в интересах соседних государств.
Высота и тип плотины этой ГЭС не были основополагающей причиной расторжения правительством РТ соглашения с компанией РУСАЛ. Вероятно, об этом лучше знают в Ташкенте.
К ЧЕМУ ЭТО ВСЕ ВЕДЕТ?
Р. АЗИЗОВ: Если все пойдет так, как сейчас, это может привести к грузинскому сценарию, то есть полному замораживанию всяких отношений между нашими странами. Полагаю, что Таджикистан должен принять более гибкую позицию в отношении России и не отказываться от своего стратегического партнерства с нею, несмотря на то, что некоторым нашим соседям это не нравится.
Пора перехватывать инициативу Узбекистана, наладить нормальный диалог на взаимовыгодных и взаимоприемлемых условиях.
К сожалению, Таджикистан сильно зависим от России и от международной помощи, и это не позволяет нам вести собственную независимую внешнюю политику.
З. АБДУЛЛАЕВ: Как я уже отмечал, наши отношения с другими странами развиваются по спирали, соответственно, уверен, нынешнее похолодание через некоторое время сменится очередным потеплением. У России и Таджикистана нет иных путей, как дружить. Особенно это касается Таджикистана.
Мне кажется, что в дальнейшей перспективе эффективность развития отношений между нашими странами будет проявляться преимущественно в военно-политической плоскости, без серьезной экономической составляющей, хотя хотелось бы наоборот.
Сотрудничество будет крепчать по мере осознания российских властей, что официальный Душанбе обречен на поиск экономической поддержки со стороны правительств других держав. Отсутствие ревности по этому поводу, отражая зрелость нынешней российской власти, помогло бы убрать все «подводные камни».
Со своей стороны таджикское руководство должно осознать, что во всем мире частный капитал старается держаться особняком от государственного, и пора остановить попытки привлечения частных инвестиций в страну за счет политических инструментов.
Не стоит просить другие правительства выделять собственные бюджетные средства: это и бесполезно, и не современно.
Лучше следовать советам международных экспертов и примерам проверенных экономик, и реально улучшать инвестиционный климат, тогда частный капитал сам прибежит. А без участия мировых транснациональных корпорация в таджикских проектах экономику страны не поднять.
М. ТОШТЕМИРОВ: Зафар, ты хочешь, чтобы Таджикистан работал с зарубежными частными компаниями?
З. АБДУЛЛАЕВ: Да, делать ставку и на них, но не спрашивать: «Вы откуда? Из дружественного Казахстана или «охладевшей» к нам России?».
Недавно один знакомый топ-менеджер иностранной компании, покидая нашу страну, обронил фразу: «Бизнес не имеет национальности». Очень точная фраза, ею все сказано.
Давайте попробуем для начала сделать три вещи: «единое окно» регистрации фирм (за сутки), снизить НДС и налог на прибыль вдвое и провести три показательных судебных процесса над коррупционерами масштаба министерского кресла. Посмотрим на результат.
Уверен, объем зарубежных частных инвестиций в страну, как минимум утроится, и будет расти из года в год. Хотя понятно, что все предлагаемое утопия и такого нам не видать еще долго.
Л. ИСАМОВА: Я считаю, что Зафар прав. Россия строит отношения с Таджикистаном больше в военно-политической плоскости, хотя хотелось бы, чтобы преобладала экономическая составляющая, так как экономика РТ нуждается в крупных инвестициях.
В качестве примера можно привести передачу комплекса «Окно», создание 201-й военной базы РФ в РТ. Конечно, у обеих стран есть рычаги давления друг на друга: у Таджикистана – это статус российских военных объектов на своей территории, а у РФ – таджикские трудовые мигранты.
Очень не хотелось бы, чтобы эта кампания, развязанная некоторыми российскими СМИ, привела к действительному охлаждению между нашими странами, которые очень многое связывает сейчас, и будет связывать в дальнейшем
Можно привести тот пример, что после развала СССР в РТ было много бытового национализма, но сейчас этого уже нет, к русским здесь относятся с большим уважением и понимаем.
Охлаждение отношений повлияет на обе страны. У РТ в России, в основном, лишь экономические интересы, в то время как для Кремля – это серьезная геополитика. Возможно, нестыковка этих интересов и не позволяет наладить полномасштабное сотрудничество.
Хочу добавить, что Таджикистан обладает огромными гидроэнергетическими и сырьевыми ресурсами, в ее недрах вся таблица Менделеева, и эти богатства ждут грамотного партнера-инвестора, в роли которого я вижу только Россию.
М. ТОШТЕМИРОВ: Хотел бы вставить пару реплик. То, что вы говорили в отношении мигрантов в России: помимо нашей прямой выгоды, это также выгодно России как дешевая рабочая сила.
Второе, на мой взгляд, геополитические интересы и имперские амбиции мешают России здесь проводить нормальную экономическую политику.
При всем этом Таджикистан самый верный партнер и союзник России в регионе, на фоне некоторых соседей не раз менявших вектор своей политики на 180 градусов…
Р. АЗИЗОВ: С другой стороны, я полагаю, что в Таджикистане мало опыта ведения многовекторной внешней политики и в этом наш недостаток.
У нас не получается, сотрудничая одновременно со многими партнерами, соблюдать баланс интересов. Один из удачных примеров грамотной многовекторной политики – Казахстан.
Л. ИСАМОВА: Проблема может быть и в том, что у нас нет общей границы с Россией, что сильно тормозит торгово-экономические связи. Думаю, строительство новых дорог в стране до внешних границ даст толчок экономическому сотрудничеству с РФ.
ЧТО СДЕЛАТЬ ДЛЯ УКРЕПЛЕНИЯ СОТРУДНИЧЕСТВА?
Р. АЗИЗОВ: Думаю, нашему полномасштабному сотрудничеству не только с Россией, но и с другими странами мешают амбиции Узбекистана, который, заботясь о своих интересах, препятствует экономическому развитию нашей страны.
Поэтому необходимо привлечь тех, кто нам мешает к нашим инвестиционным проектам, сделать их союзниками, чтобы они тоже получали пользу от их реализации.
М. ТОШТЕМИРОВ: Равшан, к сказанному добавлю: Таджикистан всех приглашал и приглашает к партнерскому участию. Например, в строительстве Зеравшанской ГЭС, других гидростанций. Мы открыты для всех.
Р. АЗИЗОВ: …Насколько я знаю, беда наших чиновников заключается в том, что мы не можем договариваться, вести деловые переговоры. Нам нужно учиться учитывать интересы наших соседей, стран напрямую граничащих с нами, но не в ущерб нашим собственным интересам.
Л. ИСАМОВА: Вспоминаются слова Гоголя: У нас две беды – дураки и дороги.
М. ТОШТЕМИРОВ: Это касается не только Таджикистана, но в первую очередь и других стран.
З. АБДУЛЛАЕВ: Не думаю, что проблемы внешнеполитических отношений Таджикистана связаны с дураками или дорогами. Просто мировому сообществу пора перестать делиться на сильных и слабых, на братишек и братков, на ферзей «Большой игры» и ее пешек.
Мы все равны и только исходя из этого принципа возможно эволюционное развитие двухсторонних и многосторонних отношений. Пусть в каком-то случае политическое или экономическое сотрудничество не столь эффективно, главное, чтобы сохранялось уважение.
Думаю, для улучшения нынешних отношений между двумя странами необходима обоюдная честность, прагматический подход и игра по общепринятым правилам.
Главное осознать Таджикистану – Россия, это страна с которой нам всегда будет комфортно работать, а России – что Таджикистан больше никогда не будет оглядываться на Москву в общении с другими и будет дружить с кем бы то ни было, в своих интересах, наравне с РФ.
И еще одно – российские власти должны отдавать себе отчет, что только от их грамотной и взвешенной политики в Центральной Азии зависит качественное развитие ее отношений с независимыми республиками при соблюдении всех стратегических интересов.
Для укрепления отношений в данный момент, на мой взгляд, нужны личные дружественные контакты. Почему бы президентам Рахмону и Путину не встретиться в ближайшее время и не сыграть в партию тенниса или не посетить великолепный Эрмитаж, где собрано много древних экспонатов с таджикской земли?
Р. АЗИЗОВ: Конечно, Таджикистану сегодня тяжело, учитывая, что у нас была война, и нет таких больших минеральных сырьевых ресурсов, как у Казахстана, Туркменистана, делающих эти страны привлекательными для мировых держав.
Нам надо умело использовать те природно-климатические ресурсы, что у нас имеются в условиях глобальной геополитической игры.
М. ТОШТЕМИРОВ: На Востоке говорят: Сколько не говори халва, во рту слаще не станет. Надо перевести отношения от слов к действию, начать добросовестно исполнять подписанные соглашения и документы, учитывать национальные интересы, и главное – не предавать друг друга.
ТОСТ-ПРИТЧА
Однажды в чайхане какой-то пожилой человек начал навязчиво давать всевозможные советы Ходже Насреддину.
— Почему я должен поступать так, как ты мне говоришь? — спросил Насреддин.
— Потому что я тебя старше! — заявил человек, оглаживая бороду.
Тогда Насреддин заметил:
— Насыщает не время, проведённое в чайхане, а количество съеденного плова!
Давайте поднимем рюмки за то, чтобы время, проводимое независимыми республиками в общей чайхане-СНГ, шло на пользу всем, и чтобы у всех была своя порция плова, а общение шло по принципу «мудрый с мудрым», а не «старший» с «младшим»!