Одним из значимых событий минувшего года стало обнародование результатов международного аудита «Таджикской алюминиевой компании». Столь пристальное внимание экономистов к ТАЛКО связано с тем, что на нее приходиться более двух третей валютной выручки страны. В последнем интервью управляющего директора компании Садриддина Шарипова были отмечены очередные успехи алюминиевого производителя, однако так считают не все. Гостем главного редактора «БиП» стал экономист и журналист Зафар Абдуллаев, который в наших кругах считается одним из главных «экспертов по ТАЛКО».
— Зафар, относительно последнего интервью С. Шарипова. Судя по его словам, все не так плохо, как это обычно преподносишь ты.
— Естественно «картинка», преподносимая г-ном Шариповым всегда будет отличаться от реальности. Это дежурные отчеты с нарисованными цифрами для общественности и главы правительства, где нет места минусам, одни лишь плюсы. Шарипов не та фигура, чтобы обсуждать его слова. Реально его компетенция ограничивается непосредственно рамками самого завода, производством. Все большие дела делаются в Душанбе, в центре управления оффшорами. Вот если свести их общие финансовые данные, картина может быть совсем другой.
— А кто — где сидит в Душанбе и какими оффшорами управляют?
— Центр управления компанией находится по адресу г. Душанбе, пр. Рудаки, 100, и ключевой фигурой является финансовый директор компании Шерали Кабиров. Он «правая рука» Хасана Асадуллозода, шурина президента. Все рычаги управления у него. Чтобы знать, что реально происходит в компании нужно иметь на руках аудит не только ГУП ТАЛКО, но и их оффшорных «спутников». Хотя уже сейчас по косвенным признакам можно судить, что положение у госкомпании неважное.
— Минувший финансовый кризис, вероятно, мог усилить эти проблемы? Как это могло отразиться на ТАЛКО?
— Естественно он не мог не отразиться, и это также отмечено в отчетах компании, и в проведенном аудите. Если помните, в одно время цена на алюминий в мире упала до минимума, ниже 1500 долларов за тонну. Это принесло убытки многим крупнейшим производителям, о чем радостно весь минувший год заявляли директора ТАЛКО. При этом их просто распирает от гордости за ту минимальную прибыль, которую они получили в то время, как у гигантов отрасли были миллиардные ущербы и закрывались некоторые их заводы.
Я думаю, что тогда ТАЛКО в реальности получила еще меньший ущерб, чем даже сами заявляли. Были значительно урезаны зарплаты, отменены все полагавшиеся рабочим льготы, часть людей сокращена… Если же брать вчистую, госкомпания даже в такой глобальный кризис не должна была быть «в минусе», потому что она работает по толлинговой схеме (на давальческом сырье), где весь риск рыночных колебаний цены и спроса ложиться на толлингового партнера. Если кризис и принес опустошение, то только их оффшорным карманам.
Сейчас очевидно идет какая-то новая волна кризиса в компании, потому что по имеющейся информации, ТАЛКО задерживает ряд платежей своим партнерам.
— А транспортная блокада со стороны Узбекистана никак на них не отражается? Почему наши предприниматели, занимающиеся внешнеэкономической деятельностью, в один голос кричат об убытках, а ТАЛКО молчит…
— Я не думаю, что в отношении ТАЛКО и ее грузов применяется «глухая» блокада. Это слишком глобальный бизнес, чтобы можно было бы его так просто остановить. Доставка глинозема и прочего сырья, а также обратный экспорт готового алюминия — это зона ответственности иностранной [оффшорной] компании. В случае срыва этой логистической схемы эти фирмы смогут добиться применения в отношении правительства Узбекистана экономических санкций через международные суды. Это просто невыгодно узбекским властям.
Также технология алюминиевого производства подразумевает непрерывный процесс, и если электролизные ванны будут остановлены или обесточены на значительное число часов или скажем на сутки, то, по сути, произойдет полная остановка завода. На его восстановление потом потребуются сотни миллионов долларов.
В Ташкенте должны понимать, что остановка ТАЛКО для нынешнего руководства страны, подпитываемого его доходами – это все равно, что объявление войны. Вспомним, что две последние мини-войны в республике после 1992 года произошли именно из-за передела влияния на ТадАЗе, много авторитетных командиров пало в борьбе за алюминий…
Повторный запуск завода приводит к максимальным выбросам вредных веществ, это будет экологическая мини-катастрофа, виновниками которой будет Ташкент. Таким образом, их имидж борцов за чистоту экологии в регионе будет подорван.
Наконец, никто не отменял коррупцию в соседней стране, там есть свои силы, заинтересованные в стабильной работе таджикского завода, так как они, вероятно, сами частично вовлечены в этот бизнес. По неофициальным данным, еще в бытность директором ТадАЗа Абдукодира Эрматова, с узбекской стороны этот бизнес курировал их авторитет Гафур Рахимов, приближенный к И. Каримову. Не исключено, что он по-прежнему «курирует» ТадАЗ на узбекской стороне – обеспечивает транзитные поставки грузов через их территорию. Естественно не бескорыстно.
Косвенно, о том, что у ТАЛКО есть поддержка в руководстве Узбекистана служит ситуация с аварией на Нурекской ГЭС зимой 2009 года. Если помните, тогда центр страны был обесточен на несколько часов, включая ТАЛКО, ванны остывали, до катастрофы оставались считанные часы. В это время, как сообщили достоверные источники, в последний момент ТАЛКО получила электроэнергию с Сурхандарьинской подстанции, что помогло компании продержаться до подхода основного питания электричества из Нурека. Думаю, что добиться этого в условиях энергетической блокады со стороны Узбекистана без авторитетных людей в Ташкенте было просто невозможно…
— Говорят, что только одна сотовая компания сдала в этом году налогов больше чем ТАЛКО. Насколько это реально?
— Не знаю, лучше об этом спросить Налоговый комитет, но не удивлюсь, если это правда. Мифы о ключевой роли алюминиевой компании в формировании госбюджета не более чем мифы. Компания освобождена почти от всех основных налогов. Сейчас выплачиваются только социальные налоги с зарплаты рабочих и косвенные налоги с продукции, отпускаемой внутри страны. Основные потенциальные алюминиевые доходы госбюджета теряются на всевозможных льготах при экспорте продукции и импорте сырья. Реально бюджет мог бы получать 100-150 млн. долларов только за счет налогов ТАЛКО. Поэтому вовсе непонятно, какими успехами гордиться менеджмент компании, имея такие супер-льготы.
— Что показал международный аудит Талко?
— Он показал, что компания имеет значительно меньше прибыли, чем могла бы иметь. Порядка 150-200 млн. долларов уходит в доход оффшорного спутника под названием «Талко менеджмент лимитед». При этом этот оффшор подконтролен нашему правительству, то есть это фактически таджикская компания, выводящая народные средства на частные зарубежные счета.
Еще одним неприятным сюрпризом является высокая кредиторская задолженность ГУП ТАЛКО. Компания может быть в любой момент объявлена банкротом, и можно только догадываться, кто может стать ее хозяином. Сейчас это национальное достояние и по решению правительства не может быть продано, но нет никаких гарантий, что из-за банкротства, этот «неприкосновенный статус» не будет снят. Ничего постоянного в нашей стране, к сожалению, нет.
— Писком моды сейчас считается найти какой-то компромат про себя на сайте Wikileaks. Сотрудники сайта недавно обещали выложить копии финансовых документов разных корпораций мира. Как думаешь, будет что-либо про ТАЛКО?
— Маловероятно, конечно, но все возможно. Лично я бы хотел видеть там ряд их документов, касающихся как из периода правления А. Эрматова, так и нынешние. Интересно, все же, как и куда тратятся такие огромные доходы алюминиевого завода? Хотя было бы эффективнее, если бы Wikileaks выложили документы оффшорных партнеров – начиная с Ansol Limited и Ashton Investments до CDH, Hamer и Talco Management. Думаю, мы бы узнали о многих миллионах долларов, потраченных на дорогие особняки в Дубаи, бриллиантовые колье, самолеты…
— В каком состоянии, на твой взгляд, сейчас находиться имидж алюминиевой компании на международной арене?
— ТАЛКО не настолько крупная компания, чтобы можно было бы беспокоиться за ее имидж на внешней арене. Забота об имидже – это прерогатива публичных компаний, чьи акции котируются на мировых рынках. Для развитого мира ТАЛКО — это «серая мышка», которая при этом имеет подмоченную репутацию. Во-первых, негативно сказались судебные споры с норвежским гигантом «Норск Гидро» и оффшорной компанией «Ансол Лимитед» Аваза Назарова, оба были фактически проиграны таджикской стороной. Нашим пришлось пойти на невыгодные для себя мировые соглашения.
Во-вторых, имидж «кидал» таджикскому менеджменту придал скандал с российской компанией РУСАЛ, которая сейчас превратилась в первую алюминиевую компанию мира и интегрировалась в европейский бизнес. Мнение и авторитет Дерипаски там намного весомее, чем наших господ.
Впрочем, западный бизнес сам далеко не идеален, и работать с коррумпированными режимами, по различным «серым схемам» — это для них вполне нормальная и частая практика. Поэтому несмотря ни на какие имиджи, партнеры и клиенты у ТАЛКО будут всегда. Такова природа стратегической продукции – алюминия.
Я бы задался иным вопросом — каков имидж на Западе у главы таджикского правительства, ведь именно ему в конечном итоге напрямую подчиняется алюминиевый завод и от его имени проворачивают операции менеджеры компании.
— В западной прессе порой проскальзывают критические публикации про ТАЛКО. Значит, все-таки она узнаваема и есть к ней какой-то интерес?
— Наплыв публикаций был в 2007-2008 годах, при пике судебных тяжб между ТАЛКО и «Ансол» и только потому что в деле фигурировало имя Олега Дерипаски, одного из богатейших на тот момент людей мира. В основном публиковались статьи в российской прессе и в Интернет-ресурсах металлургической тематики.
Скорее всего, это было информационное сопровождение в рамках политики давления на таджикскую сторону. В те годы я был на стороне нашей алюминиевой компании и помогал ее защищать. Сейчас другие времена, и теперь всем нам изнутри пора спросить с руководства ТАЛКО — куда уходят народные средства и почему доходы, накапливаемые за счет толлинга, не работают на таджикский народ?
Последней публикацией по данной теме была колонка редактора швейцарской газеты, который использовал мое мнение по поводу ТАЛКО, ее оффшорного партнера Alaska Metals, главы этого оффшора Алиакбара Махдави и толлинга, «раздевающего» бюджет Таджикистана.
Местная пресса в кантоне Цуг заинтересована в этой теме, потому что у них очень щепетильное отношение к тем, кто проживает рядом с ними, кто старается стать их новым соседом. Недавно там поселился один из совладельцев РУСАЛА Виктор Вексельберг, там же размещена штаб-квартира «Аляска металс». Швейцарцы отмечают, что больше всего они не хотят, чтобы их тихая нейтральная страна была наводнена различными мафиози и иностранными коррупционерами, отсюда такой интерес к нашей теме.
Думаю, в этом году у нас с ними получится неплохая интернациональная группа по изучению расследованию «таджикского следа» в Швейцарии…
— Тебе не кажется что ты «прилип» к этой ТАЛКО и толлингу, в то время как в стороне остается немало иных проблем. Скажем та же платная дорога Душанбе-Чанак и толлинговые плазы IRS, другие…
— По поводу IRS я одним из первых критически высказался в своей колонке в «ФК», повторяться не вижу смысла. Если и писать на эту тему, то очевидно нужно предлагать какие-то изменения, скажем, обсуждать снижение цены и условий проезда, а не упрямо кричать, чтобы дорогу сделали бесплатной. В конце концов, столько газет занимаются этим вопросом, могли бы уже сообща накопать что-то новое, а не повторять одно и тоже.
Мне хочется спросить другое — почему про IRS пишут все кому не лень, а вот про алюминиевый завод что-то все затихли? Если что-то и публикуют, то только пиар им. К чему бы это?
Впрочем, даже в одиночку занимаясь алюминием, я не жалуясь, и мне вполне хватает сил и источников, чтобы копать глубже. К сожалению пока не все, что я знаю, может быть обнародовано, требуются неопровержимые доказательства, которые продолжаю собирать в этом году.
— Мои знакомые часто спрашивают, а тебе вообще не страшно писать про все это? Не боишься, что алюминиевая чушка с крыши на голову упадет?
— Я вполне адекватный человек и значит, не лишен чувства страха. Но профессия журналиста часто сопряжена с рисками, и со временем начинаешь привыкать к этому, особенно когда ощущаешь незримую общественную поддержку за своей спиной. Иногда мне кажется, что своей критикой, расследованием алюминиевой темы, я играю роль проводника, который толкает нынешних хозяев ТАЛКО к тем реформам, к повышению прозрачности и учету национальных интересов, к которым они сами хотели бы прийти, но не решаются.
Что касается чушки… (смеется). Я бы был бы не прочь, если бы на меня и многих моих коллег обрушились тонны таких чушек, но в виде вклада ТАЛКО в независимый Фонд поддержки СМИ, необходимость создания которого я уже неоднократно озвучивал.
— В чем заключается эта идея?
— СМИ являются частью политической системы страны и одним из двигателей демократического процесса. Изначально у нас в Таджикистане масс-медиа находятся в роли пасынков и не имеют никаких льгот и никакой поддержки властей, хотя, на мой взгляд, это одна из задач правительства.
Сейчас, когда процесс создания нового слоя таджикской журналистики завершился, сформирована новая школа и рынок СМИ сформировался, требуется создание новых условий для их качественного роста. В этом должен помочь Независимый общественный фонд поддержки СМИ, который на конкурсной грантовой основе должен поддержать новые проекты в действующих средствах массовой информации, помогать модернизации их технического состояния, повышения квалификации журналистов, включая развитие новых направлений, таких как бизнес-журналистика и т.п. Для этого необходимы солидные средства, которые есть у госкомпаний и их иностранных партнеров.
— Кстати о партнерах. Каковы, на твой взгляд, сейчас отношения между ТАЛКО и РУСАЛ, между руководителями этих компаний?
— Сложно сказать, но в большом бизнесе, как и в политике не бывает вечных врагов и вечных партнеров. Конечно, какая-то личная неприязнь между боссами двух компаний наверняка остается, но это не мешает им вполне мило общаться при людях.
По имеющимся у меня данным, даже в самый разгар судебных тяжб Аваз и Дерипаска регулярно общался по телефону или в гостиничной обстановке с Хасаном, говорили даже о тайной встрече президента с Назаровым в Дубаи. В свою очередь их непосредственные управляющие – Ш. Кабиров и А. Булыгин (пока последний был в РУСАЛе) в разное время вполне корректно отзывались друг о друге.
Сейчас компании держатся на дистанции. РУСАЛ в кризисное время был поглощен собственным выживанием как корпорации и борьбой за свой кусок в «Норильском никеле», ТАЛКО отходила от «изнемогающего» судебного процесса с «Ансол».
Сейчас цена на алюминий на пике, порядка 2400 долларов за тонну, это значит, мировые алюминиевые производители восстанавливают свои позиции, и очень скоро, нарастив «финансовые мускулы», начнут новые битвы за сферы влияния в отрасли. Тем не менее, думаю, больше прямых попыток заполучить ТадАЗ со стороны Дерипаски не будет. Скорее, через год-два РУСАЛ продолжит политику скупки сырьевых компаний и когда они дойдут до действующих поставщиков глинозема и другого сырья для ТАЛКО или сольются с ними в еще больший конгломерат, у таджикского завода останется мало шансов на самостоятельное выживание. На ТадАЗе будет создано СП или часть компании будет продана какому-нибудь крупному стратегическому инвестору. Возможно, этот процесс уже начался.
— В последней статье «Крокодил тоже плачет» ты заявил, что ТАЛКО платит слишком низкую цену за получаемую электроэнергию, в то время как потребляет ее большую часть. Но ведь в этом есть логика, крупному оптовику полагаются крупные скидки.
— Совершенно верно. Если бы ТАЛКО и ее оффшоры платили все полагающиеся налоги и пошлины, пополняя бюджет на 200 млн. долларов, то стоило бы повышать ее привлекательность за счет низких энерготарифов. Я бы отпускал им электроэнергию по себестоимости, это порядка 3-4 дирам за киловатт.
Но сейчас, когда все основные доходы они уводят заграницу, и когда большая часть населения, народнохозяйственного сектора остается без электричества и как следствие за счет снижения экономической активности в стране, налоговый комитет недособирает десятки миллионов долларов в виде налогов в бюджет, ни о каких льготных энерготарифах речи быть не должно. Менеджмент ТАЛКО сейчас просто «в шоколаде», в таких условиях прибыльность покажет даже первокурсник экономфака.
— Спасибо Зафар за столь откровенную беседу. Ты прямо как энциклопедия, пора уже выпускать учебное пособие по истории таджикского алюминия…
— Пора! (смеется) Но только не учебник, а книгу в жанре детектива с измененными именами и фактами, но построенную на реальных событиях. Я ее начинал писать в прошлом году, но забросил из-за нехватки времени. В этом году постараюсь обязательно дописать, и уверен, найдутся издательства, которые захотят поддержать ее выпуск.
— А твой кофе-то совсем остыл.
— Да, увлекся! Ничего, зато холодный кофе прекрасно помогает зажечь оптимизм в душе.
Беседовал Джамшед Ульмасов,
газета «Бизнес&Политика»
