Детский труд – работа, которая вредит благополучию детей и мешает его или ее образованию, развитию и будущей жизни. Детский труд – это работа, которая по своей природе наносит вред ребенку, подвергает его насилию и эксплуатации и лишает возможности учиться. Такое определение детскому труду дает Международная конвенция МОТ по искоренению наихудших форм детского труда.
Вопросы использования детского труда в центральноазиатских государствах обсудили в Турине с 16 по 19 ноября на семинаре представители общественных и государственных структур четырех государств. Участники встречи пытались выработать свою национальную программу по борьбе с наихудшими формами детского труда.
«У нас в 2007 году было создано специальное подразделение в министерстве образования. Его цель – координация взаимопомощи заинтересованных структур в области защиты прав детей, рассказывает Галия Жусупова, директор департамента по защите прав детей Комитета по охране прав детей Министерства образования и наук Республики Казахстан, — Я работаю в городе Шимкенте – это в южно-казахстанской области. Наш Монтаральский район — это крупный хлопкосеющий район области. Здесь часто привлекается детский труд. Причем чаще всего это дети мигрантов из Узбекистана. Мо проводим с ними определенную работу, привлекая их к неформальному обучению»
В Казахстане существует даже перечень профессий, на которых запрещено использование детского труда. Этот список состоит из 129 профессий. Перечень создавался и утверждался Министерством труда Казахстана. Это такие профессии как: автоклавщик, аккумуляторщик, машинист по стирке спецодежды и прочие.
Если ребенок привлекается к детскому труду, он выпадает из образовательного сектора. Проще говоря, он не ходит в школу, просто не успевает или не может это сделать. Потому в Кыргызстане решили вернуть работающих детей в школы, предоставляя ребятам право выбора формы обучения.
«В данном случае речь идет о вечерних школах, — делиться своими мыслями Дамира Худойбергенова начальник управления дошкольным, школьным и внешкольным образованием Министерства образования и наук Кыргызстана.- После распада Союза у нас в силу определенных обстоятельств были запрещены вечерние школы. Сегодня мы снова пробиваем вопрос возрождения вечерних школ в парламенте. Мы разрабатываем положение о вечерних, заочных и сменных школах. Почему это стало необходимо сегодня? Много кыргызстанских детей работают, но при этом они хотят и учиться. Мы не хотим их лишать возможности обучаться. Я думаю, что надо исходить из интересов и потребностей самого ребенка. Потому мы решили вернуть к жизни вечерние школы. Причем, надо отметить, что это не ночные школы, а скорее упрощенные. Ребенок может учится и в утреннее время и после обеда, когда ему удобно. Возрастная градация – с 7 по 11 классы. В этом возрасте дети чаще всего уходят из школы на работу»
В Таджикистане права детей, в том числе и работающих, курирует Правительственная комиссия по правам ребенка, которая была учреждена в 2001 году. Этот постоянный межведомственный консультативный орган, ответственный за координацию деятельности министерств, государственных комитетов, органов государственного управления и местных исполнительных органов, предприятий, учреждений и организаций в вопросах, связанных с использованием законодательства в Республике Таджикистане. Кроме того, существует Национальная рабочая группа по искоренению детского труда. Она была создана в 2007 году согласно одобрению заместителя Премьер-министра РТ.
«По инициативе профсоюзов каждые три года заключается рамочное соглашение между правительством, работодателями и профсоюзами, рассказывает член Национальной рабочей группы по искоренению детского труда главный инспектор труда Федерации независимых профсоюзов Таджикистана Акобир Курбанов. — Президент страны в прошлом году в свое ежегодном послании к парламенту отдельно остановился на этом вопросе и запретил использовать детский труд на хлопковых полях. В нашей республике особенно в Согдийской области этот вопрос стоит актуально. Там чаще всего наши инспекторы по труду фиксируют нарушение прав детей и отмечают случаи привлечения на хлопковые поля детей. Раньше мы штрафовали таких работодателей, сегодня мы лишены такой функции. Мы только выписываем предписания и передаем их в органы прокуратуры. Но хочу отметить, что за прошедшее время ни одного решения по нашим предписаниям не было принято органами правопорядка»
Наравне с государственными структурами вопросы детского труда на местах решают также и общественные объединения. Одна из них организация «Мадина», проводит работу на общественных началах в Горно-Бадахшанской автономной области.
Гулос Рахматшоев руководитель ОО «Мадина»:
«В нашем горном регионе основная проблема с работающими детьми связана с детьми мигрантов. Если раньше на заработки уезжали только мужчины, то сегодня уезжают и мамы. А дети без матерей во многом от своих сверстников отстают и моральном и физическом плане. В плане эксплуатации детского труда, то наиболее часто их привлекают в строительстве частных домов. Мы при поддержке МОТ ИПЕК провели проект по защите прав детей мигрантов. Надо отметить, что нас поддержали также и местные власти и два микрозаемных фонда.
Мы провели ряд круглых столов с местными властями, представителями правоохранительных органов и религиозных лидеров. Результатом стало подписание меморандума. Мы также связались нашей диаспорой в Москве, которая стала высылать нам списки детей мигрантов, которых они вывезли с собой на заработки. Это в основном ученики старших классов, которых по воле обстоятельств были оторваны от учебы. Наши местные власти нам обещали выделить помещение для открытия молодежного клуба, в котором будут задействованы наши ребята».
МТСЗН, при технической поддержке МОТ ИПЕК создало сектор мониторинга детского труда при Центре образования взрослых, деятельность, которого направлена на выявление, перенаправление, профилактика и изъятие детей из детского труда посредством предоставления формального и проффесионально-технического образования.
Ирина Шаснович, координатор «Сектора мониторинга детского труда» Национального центра по вопросам образования взрослого населения.
«Мы сегодня разрабатываем механизмы мониторинга детского труда всей республике. Мы предлагаем альтернативу детскому труду – это неформальное обучение, предоставление образовательных услуг. Проводя опрос с работающими детьми, мы общались и с их родителями и определяли потребности ребят. В первую очередь существует потребность в обучении. Мы сейчас работаем с ассоциацией работодателей, которые будут трудоустраивать наших ребят. Это по большей части дети улицы. Выходцы из малообеспеченных семей»
Прошло десять лет с момента вступления в силу Конвенции Международной организации труда о наихудших формах детского труда (Конвенция МОТ № 182). До настоящего времени Конвенция ратифицирована более 90 процентов из 182 государств-членов МОТ.
Государства-члены МОТ выдвинули цель искоренения наихудших форм детского труда к 2016 году. Детский труд способствует сохранению круговорота бедности, что мешает семьям и народам полностью раскрыть себя. Решение проблемы семейной бедности является центральной частью стратегии борьбы с детским трудом. Крайне необходимо обеспечение взрослых занятостью и достойной работой. Разрешение проблемы детского труда тесно связано с прогрессом в области базового образования.
По самым последним оценкам, 72 млн детей младшего школьного возраста, более половины которых составляют девочки, и 71 млн детей среднего и старшего школьного возраста не зачислены в школу. Кроме того, многие зачисленные дети не посещают школу на регулярной основе. Необходимо принятие обязательства на глобальном, национальном и местном уровнях по обеспечению образования для всех детей до достижения минимального возраста приема на работу, а также предоставления возможности тем молодым людям, которые упустили возможность получения формального образования.
Наргис Касымова, специально для «ФК»
