Особенности национального антитеррора

 
Проблемы Киргизии – в состоянии ее
спецслужб, правоохранительных органов и государства в целом
Avesta.Tj | 22.07.2015 | Версия о том, что ликвидированные в столице Киргизии 16
июля боевики планировали совершить серию терактов, в том числе на российской
авиабазе Кант, из разряда версий, похоже, превращается в констатацию. По
крайней мере так следует из официальных сообщений Госкомитета национальной
безопасности (ГКНБ) Киргизии и подхвативших сенсацию российских СМИ. Несколько
скромнее и от того реалистичнее выглядит гипотеза казахстанских чекистов:
боевики планировали совершить теракт во время праздничного Айт-намаза на
центральной площади Бишкека. Естественно, не обходится и без модной темы
«Исламского государства», к которому якобы принадлежала уничтоженная
группировка.
 
Киргизские СМИ, в свою очередь, акцентируют внимание на
«высоком профессионализме» и «спланированном» характере проведенной операции, в
ходе которой были помимо боевиков уничтожены пять жилых домов, жители которых
трое последующих суток жили на улице без денег и еды и лишь потом получили
палатки от киргизского МЧС. Только по счастливой случайности жертв и
пострадавших среди мирного населения не оказалось. 
 
Спланированный характер операции в этой ситуации вызывает
ряд вопросов. Понятно, что в случае планирования должны были быть предусмотрены
меры безопасности в жилом массиве, что сделано не было. Полное уничтожение
боевиков без возможности в последующем раскрыть их связи, каналы
финансирования, возможных сообщников и т.д. – все это по большому счету говорит
об абсолютном фиаско. Понятно, что речь идет не о непосредственных
исполнителях, просто выполнявших приказ, а о руководстве киргизских спецслужб и
МВД.
 
Часть сомнений в профессионализме сотрудников и особенно
руководящего состава ГКНБ снимается при беглом взгляде на его новейшую историю.
После двух государственных переворотов – 2005 и 2010 годов – были уволены сотни
профессионалов: в 2005 году убирали всех, кто был связан с президентом Аскаром
Акаевым, в 2010-м – всех, кто был связан с президентом Курманбеком Бакиевым или
вообще просто не связан с пришедшей к власти группировкой, включая отдельной
строкой и выходцев из оппозиционных президенту Алмазбеку Атамбаеву южных
регионов Киргизии. На их место пришли люди, лояльные режиму, обслуживание
которого и стало главной задачей ведомства окончательно. Достаточно вспомнить,
что с апреля 2010 года и в настоящее время продолжается судебный процесс над
несколькими десятками офицеров ГКНБ и службы госохраны.
 
Среди нынешних сотрудников – люди, учившиеся в разных
странах: в России и США, в Турции и Германии, в Китае и арабских странах.
Обученные в разных школах, они даже при желании не имеют общей системы, общих
методов и правил работы. Зато обучение за рубежом связало многих из них с
иностранными спецслужбами. Заодно спецслужба стала практически полностью
моноэтничной. При этом, как и все государственные институты, она подвержена
коррупции и клановости, связям с криминальными структурами, радикальными
религиозными организациями. Киргизия – единственная республика бывшего СССР, да
и всего региона, где законодательно разрешена деятельность «Таблиги Джамаат» –
международной миссионерской сети с разнообразным радикальным мировоззрением, от
салафитов и ваххабитов до «Хизб ут-Тахрир». Функционеры этой организации давно
служат в спецслужбах и правоохранительных органах.
 
В силу моноэтничности кадров и поощряемого сверху
национализма деятельность ГКНБ И МВД Киргизии в основном направлена на поиск
террористических и экстремистских проявлений в среде этнических узбеков, что
вызывает межэтническое напряжение, особенно на юге республики, где и без того
эта сфера более чем конфликтна. В то же время этнические киргизы – участники экстремистских
и террористических организаций – в силу родственных, криминальных и иных связей
остаются в тени, и этот экстремистский и террористический слой растет
стремительно. Эти киргизские радикальные группировки тесно связаны с
экстремистскими и террористическими организациями в Афганистане и Пакистане. В
итоге получается очень сложная смесь из религиозных радикалов, криминальных
структур и коррумпированных спецслужб и правоохранителей, тесно связанных с
зарубежными центрами. Есть у этой среды и связи с западно ориентированными
правозащитными НПО и СМИ.
 
Ислам в Киргизии этнически всегда, по крайней мере в
постсоветский период, был разделен. В порядке нормы существуют киргизские и
узбекские, уйгурские и дунганские мечети, отдельно – у других общин и диаспор.
Состояние вполне естественное для республики, практически постоянно находящейся
в условиях межэтнических противостояний. Эта ситуация стала матричной и для
формирования нелегальных религиозно-экстремистских группировок, усугубляясь их
вышеназванными связями. И это обстоятельство вызывает лишние сомнения в
причастности киргизских боевиков к вполне интернациональному «Исламскому
государству».
 
Именно поэтому проблема Киргизии – не в террористах, а в
состоянии самого государства, своими руками воспроизводящего террористическую
среду с национальным колоритом.   
 
Источник «Независимая газета»