Avesta.Tj | 25.08.2014 | С легкой руки Леонида Даниловича эти слова
стали восприниматься как украинское национальное кредо. Лучшие умы годами
доказывали, что наше продвинутое Отечество не имеет ничего общего с отсталой
северной деспотией. Кульминационным моментом стал Евромайдан, после которого
исторические пути двух стран должны были разойтись навсегда.
Но это в теории. А на практике
мы наблюдаем иную картину: последние несколько месяцев Украина и Россия
движутся в одном направлении. В обеих странах затягиваются пояса, закручиваются
гайки, сокращается пространство личной свободы и расширяются полномочия власти.
Ничего парадоксального в этом
нет: Россия и Украина находятся в состоянии войны, а на войне по-другому не
бывает, поэтому наши государства идут схожим курсом. Разница лишь в скорости и
стартовых позициях.
Для
России война – естественное состояние. Тамошнее общество привыкло жить в
окружении врагов, бряцать оружием, поклоняться национальному лидеру,
боготворить силовые структуры и терпеть любые лишения назло противнику.
Временами казалось, что
воинственный маразм достиг пика, но тут же выяснялось, что предела совершенству
нет.
Очередной апгрейд российской
государственности превзошел все ожидания: тут вам и Wi-Fiпо паспорту, и запрет
западных продуктов, встретивший горячую поддержку в массах. Поневоле
вспоминается ядовитый советский анекдот: «С завтрашнего дня вам будет
уменьшена зарплата! – Ура! – Будет увеличен рабочий день! – Ура!! – Каждого
десятого будем вешать! – Ура!!! Веревку свою приносить или профком обеспечит?»
Другое дела – Украина. Здесь
никогда не готовились к войне и всегда любили вольную жизнь.
Пребывание
в осажденной крепости для нас в новинку. И хотя на российском фоне наше
закручивание гаек выглядит довольно скромно, для самой Украины это исторический
перелом.
Украинское государство впервые
стало мобилизовывать своих граждан на фронт, и ни один либерал не усомнится в
необходимости этого шага.
К силовикам в независимой
Украине впервые стали относиться с пиететом, и даже вчерашние антигерои из
«Беркута» оказались героями, приняв участие в АТО.
Впервые принят суровый закон о
санкциях, позволяющий блокировать имущество украинских граждан без судебного
решения.
Зачистка майдана впервые
встретила поддержку в обществе, и вечные революционеры стали восприниматься как
провокаторы, играющие на руку Кремлю.
А критика украинской власти,
издавна процветавшая в прогрессивных кругах, теперь вызывает неоднозначную
реакцию: негоже бить по своим, когда враг у ворот.
Война списывает если не всё,
то очень многое. Она облагораживает вещи, которые еще недавно вызывали бурю
негодования.
В мирное время
младореформаторы Януковича так и не решились обложить налогом покупку валюты –
слишком уж непопулярной выглядела подобная инициатива. Но стоило вспыхнуть
войне, как это нововведение вошло в нашу жизнь легко и непринужденно. С такой
же обескураживающей легкостью был введен и чрезвычайный военный налог – разве
жалко отдать 1,5% доходов сражающейся Отчизне?
Итак,
наша страна учится шагать строем и жить по принципу «Всё для фронта, всё
для победы!». Однако родимые пятна украинской вольницы все еще проступают
сквозь новую реальность.
Резонансный законопроект о
санкциях проходит два чтения, и положение о закрытии СМИ из него все-таки
убирают. В Украине сохраняется политическая конкуренция, и грядущие
парламентские выборы вызывают не меньший ажиотаж, чем фронтовые сводки.
Но, пожалуй, самая яркая
примета времени – поклонники РФ, живущие в Киеве, открыто симпатизирующие
сепаратистам и бранящие «фашистскую хунту». Разумеется, выражать свои
чувства они могут лишь потому, что никакого подобия хунты у нас нет и в помине.
И авторитарного правителя вроде ВВП – пока тоже.
Сегодняшняя Украина
приблизилась к соседским реалиям конца 1990-х, но за прошедшие годы Россия
шагнула далеко вперед, и между нами по-прежнему пропасть. Причем исход
украино-российского противостояния напрямую зависит от того, удастся ли эту
пропасть сократить.
Как
ни странно, сакраментальное «Украина – не Россия» обнадеживает
президента Путина. Чем больше наша страна будет отличаться от северного соседа,
тем больше у Москвы шансов на победу.
Владимир Владимирович желает
видеть своим противником хорошо знакомую Украину: с активной политической
борьбой, с традиционной неприязнью к начальству и силовым структурам, со
строптивым народом, готовым в любой момент выйти на майдан и смести
непопулярную власть.
Мы считаем, что все это –
демократические ценности, которые когда-нибудь приведут нас в Европу. Но для
господина Путина это наши болевые точки, по которым удобно бить здесь и сейчас.
По идее, они должны спровоцировать коллапс и капитуляцию Украины уже к зиме.
Российские
стратеги понимают, что настоящая битва за Украину разворачивается не на
Донбассе, а в Киеве.
По-видимому, Кремль уверен,
что вскорости украинская столица превратится в Петроград-1917 или Тбилиси-1992.
Вольнолюбивый буржуазный Киев устанет от затянувшегося противостояния, от
повесток и смертей, от падения экономики и бытовых лишений.
Обремененный демократическими
привычками, он погрязнет в междоусобице и сгниет изнутри. Он взбунтуется против
действующего режима и запросит мира на любых условиях. И тогда сильная и
монолитная Москва поставит побежденных в желаемую позу…
Конечно, ничего подобного не
случится, если Украина станет зеркальной копией России.
У них – воинственные ватники,
у нас – экзальтированные вышиватники.
Они безоговорочно поддерживают
Путина, мы пресекаем критику президента Порошенко.
Они радуются запрету
вражеского продовольствия, мы охотно мерзнем во имя победы.
У них ручная Дума, у нас –
послушная Рада.
Их ФСБ беспощадна к
национал-предателям, наша СБУ – тоже.
В таком случае российская коса
найдет на украинский камень, но о светлом европейском пути нам придется забыть.
Спасением для Украины
представляется третий, промежуточный вариант. Сравниться с Россией настолько,
чтобы оказаться ей не по зубам, но не настолько, чтобы эти изменения стали
необратимыми.
Осуществимо ли нечто подобное,
сказать трудно. Но разве кто-то обещал, что будет легко?
Источник «Украинская правда»
