Avesta.Tj
| 13.01.2014 | Крайне
тревожный вооруженный инцидент между военнослужащими Таджикистана и Киргизии в
Баткенском районе напомнил международной общественности о серьезных пограничных
проблемах, омрачающих взаимоотношения практически всех республик Средней Азии.
Иностранные агентства широко цитируют слова из заявления МИД Таджикистана о
том, что «…вопреки достигнутым в ходе межправительственной комиссии по
делимитации и демаркации госграницы договоренностям о приостановления работ по
строительству автодороги Кокташ-Аксай-Тамдык 11 января 2014 года киргизской
стороной была предпринята попытка продолжения строительных работ данной
автодороги, часть которой проходит по территории Таджикистана.»
Таким образом, заключают западные
эксперты, формальным поводом для перестрелки с ранениями нескольких киргизских
пограничников стало возобновление строительства этой дороги в объезд таджикских
анклавов. Они напоминают, что на таджикской территории имеется принадлежащий
Киргизии анклав, так же, как и ряд таджикских анклавов расположены на
территории соседней республики. В последние месяцы это нередко становилось
причиной конфликтов между киргизами и таджиками, которые
вблизи 970-километровой общей границы, в основном никак не
обозначенной, не всегда могут мирно поделить пастбища и земли для посевов.
Позитивную оценку международных
экспертов получила договоренность вице-премьеров Таджикистана Муродали
Алимардона и Киргизии Токона Мамытова не только о скоординированном и
беспристрастном расследовании приграничного инцидента, но также о совместном
патрулировании пограничниками обеих стран по периметру «несогласованных
участков» границы. Совместные патрули, подчеркнул на пресс-конференции Токон
Мамытов, необходимы для того, чтобы исключить даже те конфликтные ситуации,
которые носят бытовой характер.
При этом он обратил внимание на то, что
вопрос делимитации и демаркации границ между соседними республиками до сих пор
далек от решения, так что «за последние семь лет ни один из участков
киргизско-таджикской, а также киргизско-узбекской границы не был
делимитирован». Тем не менее, эксперты все-таки отдают должное властям Душанбе
и Бишкека, проявляющим склонность к поиску вариантов выхода из «приграничного
тупика».
Только за последний месяц состоялись два этапа переговоров по решению
приграничных вопросов, а следующий раунд переговоров, как известно, намечен на
конец января в Бишкеке, если стороны найдут в себе мужество и готовность
стремиться к конкретным позитивным результатам, а не удовлетворяться «нулевой
ничьей».
Вместе с тем, известный в евразийском
сообществе эксперт по национально-этническим проблемам Акылбек Салиев полагает,
что мирное «сосуществование» стран региона, стабильный и безопасный климат в их
отношениях невозможно обеспечить только за счет локального, «местечкового»
развязывания приграничных и этнических узлов. Необходимо в принципе исходить из
того, что несовпадение этнических и государственных границ привело к тому, что
во всех республиках Средней Азии проживают крупные общины других титульных
этносов региона.
Если полагаться на статистические
данные, до последнего времени в Узбекистане проживает более миллиона таджиков,
около 900 тыс. — казахов, примерно 200 тыс. -киргизов и 14 тыс. — туркмен, сами
же этнические узбеки неплохо «прижились» в Таджикистане — порядка 900 тыс.
человек, в Киргизии – более полумиллиона, в Туркмении – около 600 тыс. Выходит,
что за исключением Узбекистана, где самой крупной общиной являются таджики, в
других среднеазиатских республиках наиболее многочисленной диаспорой являются
узбеки. Это исторически сложившаяся ситуация, которую не по силам кардинально
изменить никакому самому тоталитарному или архидемократическому режиму, а тем
более не следует ее интерпретировать в качестве мощного «конфликтогенного
фактора».
К сожалению, некоторые зарубежные
политтехнологи проявляют нездоровую склонность не только преувеличивать взрывоопасное
значение «этнической лоскутности» региона, но и обслуживают политические и
экономические интересы внешних сил, нацеленных на долгосрочное стратегическое
проникновение в Центральную Азию и обеспечение бесконтрольного доступа к ее
богатым сырьевым ресурсам. Они утверждают, что локальные межгосударственные
конфликты, подобные таджикско-киргизскому, свидетельствуют о том, что государства
региона самостоятельно не в состоянии гарантировать мир и безопасность для
многонационального населения ЦА, обеспечить успешное развитие и рациональное
использование водных и энергетических ресурсов в этой части Евразии.
В западной прессе гипертрофируется факт
наличия территориальных противоречий на границах Узбекистана, Киргизии и
Таджикистана, которые имеют выход к общей «пороховой бочке» Центральной Азии —
Ферганской долине, которая по объективным историческим причинам выделяется
высоким уровнем аграрного перенаселения и большим числом нерешенных
социально-экономических проблем. Бедность и высокий уровень безработицы, а
также слаборазвитая инфраструктура превратили ее в один из главнейших центров
исламского радикализма во всей Евразии. Развитие ситуации в долине площадью в 100
кв. км. и с населением в 11 миллионов человек имеет особое значение с точки
зрения наличия и развития террористических рисков для стабильности и
безопасности всей Евразии.
Выражается даже опасение в связи с тем,
что территория Ферганской долины может оказаться бесконтрольной, «ничейной»
территорией. В качестве примера на Западе муссируется ситуация на юге Киргизии,
где, якобы, местные группы влияния, имеющие в том числе и узбекские корни, выходят
из подчинения центральной власти. Аналогичная ситуация может получить развитие
на почве этнической обособленности в Таджикистане и Узбекистане, несмотря на
правление там «твердых рук».
Действительно, отмечают эксперты, все
три примыкающие к Ферганское долине страны отличаются наличием сложных
внутриэтнических противоречий, которые, естественно, бросают тень и на межгосударственные
отношения в регионе в целом. В этом контексте в качестве примера говорят о положении
узбекского меньшинства в той же Киргизии. И хотя по численности узбекская
община занимает после «титульного этноса» второе место, ее родной язык так и не
получил статуса официального, узбеки не имеют пропорционального
представительства и в органах государственной и местной власти, что, конечно,
не способствует гармонизации межнациональных отношений в республике.
В этой связи упоминавшийся ранее Акылбек
Салиев полагает, что «вероятность возникновения межнациональных конфликтов в
Киргизии, как и в других республиках, в той или иной степени втянутых в
пограничные и этнические распри, под воздействием внешних факторов весьма
велика и вполне реальна». В первую очередь вероятность возникновения и развития
любых негативных событий на этой основе будет нарастать по мере приближения
сроков вывода из Афганистана вооруженных сил международной коалиции во главе с
НАТО и «распределения» остаточной техники и вооружений среди некоторых
центральноазиатских суверенов, которые, как надеются ее поставщики, потом в
случае необходимости могут брать друг друга на оптический прицел. Решающее
значение имеет то непреложное обстоятельство, что с уходом непосредственно из
Афганистана, американские военные намерены заниматься мониторингом ситуации там
с территории отдельных стран Центральной Азии, где в этой связи «дружба
народов» в регионе им совсем ни к чему, а вовсе наоборот.
Известный по выступлениям в западной
печати американский «аналитик и теоретик» полковник Тэд Донелли прогнозирует
именно подобное, желательное для янки, развитие событий в Центральной Азии. Он
уже сравнивает этот регион с «зоной племен Пакистана» и утверждает, что регион может
превратиться в очаг терроризма. Правда, и не скрывает, что этот сценарий им
разработан для специального потребления «среднеазиатскими вождями», чтобы
припугнуть их будущими междоусобными конфликтами и большими войнами с
«Талибаном» и «Аль-Каидой», если они останутся один на один со своими
проблемами без американской поддержки. Отсюда простой, как куриное яйцо, вывод:
всей Евразии без «услуг» Пентагона не обойтись — в качестве «надежный и
незаменимого гаранта» безопасности, стабильности и нейтрализации межэтнических
и пограничных столкновений.
Вряд ли кто из серьезных политиков
региона может не понимать смысла и конечной цели этих довольно примитивных расчетов.
Может ли кто-либо из них после этого сомневаться в том, что сегодня Вашингтон и
его атлантические коллеги ведут целенаправленную политику, направленную на
разжигание напряженности в Центральноазиатском регионе, в отношениях между его
отдельными государствами, что полностью вписывается в американскую логику
«управляемого хаоса»? Нельзя не понимать, что пограничные споры и этнические
конфликты должны оставаться сугубо «внутренним делом» государств региона, и
разрешаться они должны только путем переговоров на основе взаимного уважения и
доверия в искренности замыслов его участников.
В противном случае на «белом коне»
окажутся те внешние силы, которым для полного «стратегического удовлетворения»
не хватает в ЦА именно «управляемого хаоса». Есть ли резон им в этом помогать?
Виктор
Барсов, публицист
Специально
для «БиП»
