Говоря о мире и согласии в Таджикистане, как правило, в первую очередь подразумевают двух людей – президента страны Э. Рахмона и лидера бывшей Объединенной таджикской оппозиции С. А. Нури.
Глава Партии исламского возрождения, Устод Нури, как его называют многие соратники, не дожил до 10-летия Дня единства и согласия совсем немного. Но очевидно, что, уходя в мир иной, он мог быть полностью спокоен – главную миссию в своей жизни он выполнил.
Мы решили встретиться с ближайшими соратниками и родными С. А. Нури, чтобы узнать лучше, что это был за человек и как судьба выбрала именно его на роль одного из главных фигурантов мирного процесса.
ХИММАТЗОДА: ВМЕСТЕ ЗАНИМАЛИСЬ У М. КУКАНДИ
Мухаммадшариф Химматзода, правая рука Нури по Партии исламского возрождения был знаком с устодом с давних времен. Сегодня он вспоминает, как они вместе посещали занятия мулло Мухаммадджони Куканди.
— Мы с ним родились в одной местности, я был учеником его отца, мы дружили семьями. Затем вместе ходили на занятия М. Куканди в Душанбе, пока в 1974 году сотрудники КГБ не запретили домулло преподавать основы Ислама.
Нури вернулся к себе домой в Курган-Тюбе. В это же время он основал молодёжное исламское движение «Нахзати Ислом», пригласив и меня в его ряды.
По словам Химматзода, первоначально новое объединение не стремилось реализовать какие-либо политических целей, преследуя лишь культурные и образовательные цели.
Затем деятельность организации стала охватывать и другие направления общественной жизни. В частности члены Движения исламского возрождения начали выступать за упорядочение высоко-расходных народных и религиозных обрядов и ритуалов.
Это то, что сегодня решается на государственном уровне по инициативе президента.
— Все эти дела просвещённая молодёжь во главе с Сайидом Абдуллои Нури начала в середине семидесятых годов, — продолжает его соратник, — но к сожалению предложенные движением преобразования не нашли поддержку у общественности.
Группа религиозных консерваторов начала компанию по дискредитации движения. Тогда их поддерживал такой мощный карательный орган, как КГБ, который считал, что движение преследует политические антигосударственные цели.
На самом деле ничего этого не было. Ещё раз подчёркиваю, мы тогда были лишь культурным движением. В конечном итоге КГБ при помощи группы консервативно настроенных представителей духовенства удалось из выдуманных интриг упрятать Нури за решётку.
Химматзода отмечает, что политикой они стали заниматься после развала Союза, тогда их движение приобрело статус политической партии. Они поставили себе цель путем выборов войти в парламент для дальнейшего лоббирования своих целей политическими средствами.
Причем ранее, при личной инициативе главы казиета Ходжи Акбари Тураджонзода Нури был выпущен на свободу и возглавил газету «Минбари Ислом» (Трибуна Ислама).
Я был выдвинут лидером партии, — говорит Химматзода, но устод Нури оставался нашим духовным наставником и лидером: у него всегда можно было получить полезный совет и наставление…
САЙФУЛЛОЗОДА: ОН БЫЛ МНЕ КАК ОТЕЦ
О Нури вспоминает один из его помощников, руководитель информационно-аналитического отдела ПИВТ Хикматулло Сайфуллозода:
— Говорить о Нури, характеризовать его как человека очень трудно. Для этого надо быть человеком его уровня, а себя я не могу поставить на один уровень с ними. Это была очень большая личность.
Непосредственно близко я познакомился с ним в декабре 1993 года в Афганистане, будучи одним из таджикских беженцев, которого пригласили к участию в Партии Исламского возрождения. Но знал о нем я намного раньше, начиная еще с 70-х годов.
В первое знакомство он сказал мне: «Каждый, кто может внести свой маленький кусочек, то дыра в дувале будет залеплена». Так и устод смог собрать вокруг себя беженцев, находящихся в Афганистане, и организовать политическую организацию, чтобы достойно вернутся на родину.
С. А. Нури был старше меня всего на 3-4 года, но можно сказать, что он был мне как отец. Когда спрашивают о нем, мне трудно говорить… [Сайфуллозода замолчал, из его глаз потекли слезы – от автора].
«ЕСЛИ Я НЕ ВЕРНУСЬ, ПРОШУ ТЕБЯ, НЕ БРОСАЙ УЧЕБУ»
Мухаммаджон Нури, старший сын устода, готов часами рассказывать о своем отце. По его собственному признанию, многое в своем отце он узнал и понял уже после его смерти.
— Для меня он был сперва отцом, которому не было равных, а затем — наставником. У него было много хороших манер и качеств, но все словами не высказать.
Только после его смерти я узнал, сколько какую он получал зарплату и как раздавал ее бедным людям. Человеколюбие было одним из лучших его качеств. Это я понял только тогда, когда его уже не было вместе с нами.
Он был опытным политологом, сильным наставником. Нас — своих детей он направлял на истинный путь и требовал, чтобы мы много учились и были грамотными.
Помню, однажды, когда я был маленьким и возвращался из школы, возле меня остановилась машина. В ней сидел отец. По-моему тогда его приглашали в КГБ и вместе с ним в машине были еще несколько человек, скорее всего сотрудники КГБ.
Он попрощался со мной и на прощание сказал: «Если я не вернусь, то прошу тебя, чтобы ты всегда много учился».
Мухаммаджон отмечает, что в далекие советские годы семья была не в курсе политической активности отца, он никогда не говорил дома о своем движении, даже супруга не знала об этом.
Его сын рассказывает, что, как-то находясь в Иране, С. А Нури смотрел иранский детский канал и… плакал. Он пообещал сыну, что он приложит все усилия, чтобы таджикские дети, измученные голодом и болезнями в Афганистане, смогут также веселиться и заниматься творчеством.
М. Нури считает, что его отец смог стать лидером, потому что оппозиция, политические силы, народ увидели в нем те приметы и знаки, которые искали. Он всегда держался в жизни просто и был сторонником мирного пути.
НА ПУТИ К МИРУ
Во многом именно личные качества Нури позволили ускорить мирный процесс в стране, так как еще неизвестно, по какому пути мог бы развиваться этот процесс, если бы оппозицию представлял другой человек.
Даже Х. А. Тураджонзода признал авторитет Нури, когда несколько лидеров оппозиционных сил встретились в первый раз в Кабуле. Тогда устод предлагал Тураджонзоде стать главой ОТО, но и он, и другие доверили эту важную миссию ему.
Как вспоминают его близкие, после первой двухчасовой встречи с президентом Эмомали Рахмоном в Кабуле, Нури отмечал в своих кругах, что президент произвел на него впечатление человека миролюбивого и склонного к поиску компромиссов.
Впоследствии он призывал своих сторонников помочь молодому правительству в борьбе с непримиримой оппозицией в лице боевиков Ризвона Содирова, а потом – Махмуда Худойбердыева.
Одной из важнейших заслуг С. А. Нури также стало формирование устойчивой сильной политической партии, которая сегодня представлена в парламенте и является одним из цементирующих элементов политической системы страны.
Он смог вовремя заметить и продвинуть молодого и перспективного политика – Мухиддина Кабири, который сперва стал правой рукой устода, а после его ухода из жизни – продолжили начатое дело.
Очевидно, что миротворческие заслуги Сайида Абдулло Нури огромны, что не могло оставаться не отмеченным правительством страны.
Когда верстался этот номер, стало известно, что указом президента Э. Рахмона – устод С. А. Нури «за достойные заслуги в процессе достижения мира и национального согласия» посмертно награжден вновь учрежденным орденом «Зарринточ» (Золотая корона) I степени.
