19
Ноября Воскресенье
+5°C Душанбе
  Последние аудио новости
  • image description USD 8.8214
  • image description EUR 10.4084
  • image description RUB 0.1466
  • image description Brent 62.72
  • image description WTI 56.55
  • image description Золото 1,292.42
  • image description LME.Alum 2,104.00
  • image description CT 69.35

Имомуддин Сатторов: обвинение таджиков в экстремизме – абсолютное незнание ситуации

23 октября 2017, 11:47

Avesta.Tj | 23.10.2017 | Глава таджикистанской дипмиссии ответил на заявления об особой радикализации граждан Таджикистана, живущих в РФ

Исследователи говорят о том, что большинство уехавших из России на Ближний Восток воевать под знаменами халифата были гражданами центральноазиатских республик. Факт этот никто особенно и не отрицает. Но эксперты расходятся во мнении о причинах подобной “террористической миграции”.

Некоторые общественные деятели, причем из числа исламского духовенства, и вовсе пытаются возложить большую часть ответственности за распространение взрывоопасных идей в СНГ на выходцев из Таджикистана.

О том, насколько это справедливо и почему люди уходят в боевики ИГИЛ, корреспонденту Sputnik рассказал Чрезвычайный и Полномочный посол республики Таджикистана в России Имомуддин Сатторов.

– Насколько серьезно власти Таджикистана оценивают проблему распространения религиозного экстремизма?

— Вообще, мы были первыми на постсоветском пространстве, кто заговорил о том, что эмиссары ИГИЛ ведут пропаганду среди населения стран СНГ. Таджикистан больше всех пострадал от подобных организаций, пережив страшную гражданскую войну 1992-1997 годов. И мы предупреждали, что вербовщики радикалов особенно активны в России среди мигрантов.

– На днях член Общественной палаты, муфтий Альбир Крганов как раз заявил о возможной радикализации трудовых мигрантов. Причем он говорил о выходцах из Таджикистана, которых, возможно, придется массово депортировать из России. Почему именно граждане РТ привлекли его внимание?

— Меня несколько удивляет, когда звучат непонятные, необоснованные утверждения при абсолютном незнании ситуации, раз выделяют именно таджикистанцев. Вообще говорить о радикализации целой диаспоры — это не корректно. Да, есть отдельные факты. Но о какой-то массовости говорить не стоит.

– Почему?

— Просто потому, что в РФ находится не так много работников из Таджикистана, 800 тысяч, это третье или четвертое место по числу мигрантов из СНГ. И это количество снижается. Я уважаю господина Крганова, если у него есть какие-то опасения, то он может прийти, рассказать о них мне лично, я с удовольствием их развею.

– Это касается и его слов о том, что близ границ Таджикистана и Туркменистана формируется новая террористическая группировка “Хорасан” численностью несколько тысяч человек?

— Если у него и правда есть некая эксклюзивная информация о так называемой группировке Хорасан, которая якобы действует на таджикско-афганской границе, пусть господин Крганов приходит к нам. Мы будем рады передать эти данные силовым структурам, чтобы они занялись экстремистами, если они существуют.

– Вы говорите, что все-таки есть отдельные случаи, когда мигранты решают примкнуть к радикалам и боевикам, в частности, к ИГИЛ. Как вы лично считаете, что толкает людей на путь терроризма?

— Если нам надо искать причины явления, то, может, стоит обратить внимание на социальные корни проблемы? Поговорим о положении мигрантов, об их правой защищенности, о нарушении прав, о невыплате зарплат, когда люди по полгода работают за бесплатно. Возможно, эта социальная несправедливость является одним из толчков для такой социальной группы.

– То есть, по вашему бесправное положение выливается в такое обостренное чувство обиды и человек ищет ответа и справедливости в радикальных проповедях?

— Понимаете, наши граждане приезжают не для религиозной пропаганды, а для зарабатывания денег себе на хлеб, чтобы помочь семье. Чем они и занимаются, порой в очень непростых условиях за очень небольшие деньги. И может, настало время решить некоторые социальные вопросы? Да, мы благодарны за миграционную амнистию. Но что делать с препятствиями для легализации граждан? Чтобы они не чувствовали себя здесь чужими, чтобы семья рабочего была защищена, чтобы они не бегали при виде человека в форме.

– А вы сами, лично когда-либо были свидетелем притеснения граждан?

— Конечно! У нас в приемные дни сотрудники полиции устраивают целый коридор прямо от метро. Люди такси берут, чтобы прямо до ворот консульства добраться. Однажды шел человек получать в посольстве разрешительные документы, а его останавливают сотрудники полиции за их отсутствие. Хорошо, что я мимо ехал на автомобиле, остановился и сказал, что я посол и человек действительно идет получать недостающие документы.

– Вы считаете, что внимание к правовому статусу мигранта как-то поможет с профилактикой экстремизма?

— Да, но о социальных проблемах стоит говорить не только посольству и ведомствам, но и представителям Духовного управления мусульман и лидерам общины. Надо это обсуждать, но преувеличивать не нужно. Экстремизм не должен быть инструментом для решения тех или иных вопросов.

— Как вы относитесь к идее приглашать имамов из Таджикистана для работы с молодежью в России?

— Сейчас немодно приводить в пример западные страны, но, скажем, в Европе не приглашают проповедников из других государств, а обучают имамов из числа общины. В Германии государство на это выделяет деньги, обучает граждан, исповедующих ислам, они получают образование и работают с населением. Если ДУМ РФ нужна наша помощь, наши религиозные деятели приедут и будут встречаться с общиной. Мы и так сотрудничаем с ДУМ, участвуем в мероприятиях типа “Шатер Рамадана”. Но вообще, у тех, кто действительно трудится с утра до вечера, нет времени заниматься вопросами богословия.

– В самой республике власти работают в этом направлении?

— Разумеется. Правительство придает особое значение работе с молодежью, дабы предотвратить влияние радикальных сил. Мы проводим работу на всех уровнях — в сельских джамаатах, с привлечением авторитетных, уважаемых людей для просветительской работы. Уже несколько лет назад руководство Таджикистана старается вернуть молодежь из религиозных училищ за пределами республики. А сейчас нами потрачено немало сил для возвращения домой наших граждан из зоны боевых действий и адаптации их к мирной жизни.

Источник Sputnik